На последнем своем образовательном интенсиве часто слышала фразу о том, что надо хорошо подумать, прежде чем стартовать в путешествие с какой-то историей, потому что в Европе это гарантированно путь длиной в несколько лет. Как я это умозрительно понимаю сейчас, находясь на этапе, где я собрала пакет с тритментом — это сначала поиск продюсера, поиск финансирования на написание сценария в разных фондах (или у тех же продюсеров), путешествия по разным лабораториям и резиденциям и с целью прокачать и дописать свой сценарий, и с целью познакомиться с массой нужных в команде и по жизни людей, и только через годик, а скорее два — подготовка к съемкам, съемки, пост... и еще путешествие с этим фильмом по фестивалям (а это на самом деле тоже своего рода работа, которая отнимает силы на новые проекты).

То есть вы сразу должны понимать, что любая история, за которую вы сейчас беретесь в случае полного метра — это типа лет пять вашей жизни, вероятно. А это, конечно, сильно. Но я как-то обернулась на свои прошлые проекты, которые делала из России и где совсем еще об этом не думала, и оказалось, что кроме "Джоя", который был сделан стремительно просто в силу специфики диплома киношколы, я все свои проекты делала долго. Но ни минуты я не думала, подавая заявку в 123 продакшен на док сериал о цирке, что буду делать его несколько лет. Ни минуты я не думала, начиная писать игровой сериал о цирке, что история перевалит за год еще на этапе написания сценария. Плохо ли это? Не уверена. Мне кажется, если бы я каждую историю прогоняла через жернова "мне жить с этим пять лет", я бы вообще никогда ничего не сделала. Это сразу предполагает, что вложиться надо во что-то великое, а тянут ли на это мои истории? Неа, одна проще другой и, мягко говоря, не Тарковский.

На том же интенсиве звучала фраза о том, что в проекте обязательно должно быть новое слово в искусстве, что-то максимально невероятно необычное — а иначе, опять же, нахрена тратить на это пять лет? Я на эту фразу тоже почувствовала жуткий протест. Мне кажется, делать что-то — писать, снимать, неважно — нужно исключительно из личного исходного события. У вас возник какой-то отклик на что-то: заголовок в новостях, историю знакомого, личное переживание, человека на другой стороне дороги, который вас чем-то зацепил — и для вас началась какая-то история (наш мастер в МШНК Маша Зелинская называла это "датчик на сердце", который должен быть у каждого автора). С этого момента одна из самых сложных задач, на мой взгляд, как раз не задушить эту хрупкую родившуюся штуку мыслями о том, насколько эта история велика, глубока и достойна вашего размышления о ней. Дать ей просто расти внутри вас и на бумаге — пусть даже в виде каких-то несвязных предложений поначалу.

Сегодня у меня была читка "Большой воды" в Москве с очень крутым обсуждением — абсолютно не только положительным для меня как для автора, были разные мнения, но ничего нет круче того, как люди абсолютно по-разному трактуют текст. Кому-то он метафора, кому-то не метафора, для одних об эмиграции, для других о депрессии, для третьих о кризисе среднего возраста, одни мужчины говорят, что он написан как стереотип о мужиках глазами женщины, другие — что узнали в героях себя и друзей. А я однажды просто увидела, как отец моей подруги строит лодку, и это меня почему-то задело, появился мужик с лодкой, а у него — друг, и они поплыли и плыли в моей голове аж до 2023 года без всяких мыслей о великом следе в искусстве — а просто так, чтобы я через них о чем-то могла сама с собой подумать.

И что-то прикольное из этого, кажется, вышло. Наверно, бывает и иначе — когда люди начинают с какой-то очень глубокой мысли. Но мне кажется, что это слишком тяжелый старт для того, чтобы удержаться в этом состоянии те же самые пять лет — из легкости (и с возможностью поиска) все же как-то приятнее.