Моя первая игровая короткометражка, которую я так и не выпустила до сих пор (хотя сейчас думаю, что пора), называлась "Это лето никогда не пройдет" и была о пацане, который только закончил школу и проводит свое последнее дворовое лето с друзьями и девушкой, а параллельно, никому не рассказывая, идет в военкомат и собирается воевать.
Я ее снимала, опираясь на две вещи: первая — поселок Русиново, в котором я когда-то провела вместе с подростками и камерой чудесный месяц. Мы лазали по заброшкам, бегали от алкашей, играли в карты и футбол. Мы приехали снимать именно в этом месте, а реальные пацаны сыграли массовку в сцене с футболом.
Вторая — это пацан из Белгорода, Никита, который стал героем российской серии сериала про цирк. Никите тогда было 15, мне очень нравилась его внешность, я даже хотела притащить его сыграть в своем фильме в Подмосковье, но в итоге я нашла другого крутого парня, который, тем не менее, на Никиту был очень похож.
С реальным Никитой мы какое-то время после съемок еще переписывались, но постепенно перестали. Когда Белгород начали бомбить, я стала постоянно проверять его в соцсетях, а потом он добавил меня в свой канал в тг.
Недавно он написал там, что подал заявление на службу по контракту. Я дернулась написать — дурак? Не надо. Увидела, что то же ему пишут его знакомые, а он отвечает — уже все решил. Не написала.
Потом он выставил подписанный контракт.
Сегодня — фото, где на диване разложены вещи, на полу стоит сумка, он собирается. У меня в фильме была точно такая же сцена тайных сборов. Мама ничего не знает — ни у реального Никиты, ни у героя фильма.
Не знаю, что ему написать, что сказать, как остановить. Смотрю на это, и это не кино, ощущаю полную беспомощность и необратимость. Он уже подписал, он уже решил. Ему сейчас, кажется, только-только 18 лет.