Москва похожа на тяжелый неприятный сон, который никак не кончается, при этом реального спокойного сна нет — долго не могу заснуть, потом вижу дикие яркие сны, просыпаюсь в 7 утра и весь день продолжаю как сомнамбула.
Хочется помогать по мелочам — перевезти чьи-то вещи, собрать посылку, забрать и передать, все это дает какой-то смысл какому-то конкретному дню.
Котенок откуда-то прыгнул и повредил лапу, я испугалась, мы бегали к ветеринару. Не сломал, только вывихнул, но временно посажен под арест в переноске.

Созванивалась с продюсером, чтобы просто познакомиться на будущее. Он отвечает за комедии, поэтому мы весело шутили, что если доживем, то поработаем, дай бог не радиоактивным пеплом и что его не заберут по повестке. Кто-то, говорит, уже стучал на днях в дверь, он с ребенком спрятался под одеяло и сказал ему, что это монстр, и надо сделать вид, что их нет дома. Ребенок поверил, сидели тихо, монстр ушел.

Я живу в квартире, где мы всегда собирались нашей компанией, где встречали новый год и дни рождения, где обсуждали все на свете. Я живу среди кучи пакетов с вещами всех друзей, которые уже уехали, и которые некуда и незачем разбирать.

Я пишу пилот по старой идее, где над двумя женщинами вдруг нависает судьба, с которой они ничего не могут сделать. Их жизнь должна этой судьбе подчиниться, но есть ли у них выбор и могут ли они сражаться за другую жизнь, я не знаю. Пишу в каком-то ощущении, что эта история ждала этого времени. Как будто что-то в ней стало понятнее мне самой (раньше я никогда не могла расписать ее дальше заявки). Надеюсь, что это не самообман, и что-то из этого выйдет. Но в любом случае это очень не дает мне сойти с ума. Такое время, что хочется именно писать — об этом меня тоже сегодня спросил тот продюсер, почему сейчас не док, не игровая режиссура, а сценарии? Хер его знает, честно говоря. Прошлый год научил меня, что иногда бывает здорово тупо спросить себя — а что именно ты хочешь делать сейчас, и вот я хочу писать сценарии.

В конце месяца будет показ бразильской серии на Послании к Человеку. Наконец, удивительно, это будет, удивительно, как это стало не вовремя, но все равно хочется. Какие-то осколки прежней жизни.

Вокруг одни женщины, это смешно и странно, но хорошо, что мои женщины такие крутые. Без них было бы действительно тошно, а так — живем.
Не верится (и поверится ли когда-то), что я могу уехать навсегда.