Я в Москве.
Сейчас пытаюсь понять, как вышло так, что я не ожидала того, что будет — из каждого утюга люди по всему миру кричат теперь о том, что невозможно было все это не предвидеть. Сначала войну, потом — мобилизацию. Мы читали книги о тех, кто до последнего не уезжал из страны век назад и не могли понять, чего они ждут? Теперь мне это ясно на уровне души, хотя я до сих пор не могу это сформулировать в словах.
Вместо того, чтобы паковать коробки и пытаться устроить жизнь в другой стране, мы сначала завели улиток, потом я притащила домой с Алтая котенка. Мы пожили таким составом ровно три дня, и все рухнуло. Все последние дни моя жизнь состояла из помощи друзьям с отъездом и бессонных ночей, когда мы ждали пройдет ли каждый из них границу.
Когда все прошли, на секунду получилось выдохнуть, но только на секунду. Как они устроятся там? Что с жильем и работой? Куда поедем мы с Юрой в конечном итоге, когда я тоже смогу уехать через три месяца? Сойдемся ли мы с друзьями, которые, я знаю точно, были бы мне друзьями всю жизнь, снова в одной стране или всех нас навсегда раскидает по миру?
Если после начала войны, что-то еще спасало, какая-то работа помогала продолжать жить, рутина, попытки сохранять свое психическое и физическое здоровье, то теперь и это как будто не работает. Все застыло и заново потеряло смысл. Но вера в то, что все это как-то еще возможно исправить все еще не исчезает — хотя казалось бы, куда хуже. Боюсь только, что теперь эта вера только мешает — чтобы начать что-то новое в новой стране, нужно перестать с надеждой оглядываться назад. Да, может быть, когда-нибудь — но не сейчас. Сейчас нужно строить все заново.

Мама Леоники сказала, что коты — это утешители, когда я сомневалась, готова ли я тащить домой через полстраны полюбившегося мне рыжего котенка. Это оказалось правдой — кот одновременно и затормозил мой отъезд из страны и помог справиться с обрушившимся одиночеством, которое, наверно, испытывают сейчас все — и те, кто уехал и те, кто остался. Ценность каждой детали старой жизни выросла во сто крат — каждый хороший день, каждая встреча с друзьями, каждые сложности в работе. Мы, вероятно, переживаем травму, которая навсегда оставит на всех нас свой след — но мы живы, мои друзья живы, и я жива. Мало что другое имеет сейчас такое значение.