Мне снится Мардин. Снится ночная махалля, по которой бегают дети, застывшие камни и двери со звездами. Снится инжир, который я по пути срывала с деревьев и полуразрушенная стена, с которой я наблюдала за мужчиной, гоняющим голубей. Снится иногда наяву, когда я просто иду по дождливой Москве — как там сейчас, неужели там сейчас тоже проходит время, тоже кто-то куда-то идет, работают лавочки, мои друзья заняты своей прекрасной ежедневной работой — один делает резные деревья, другой — кольца и кулоны, третий вырезает на стекле древнюю богиню Месопотамии. Правда ли существует этот город? Правда ли я там была? Я помню время азанов по минутам и знаю, как оно сдвигается с движением дней.

Через пять дней я снова уеду, далеко, так далеко, как я никогда еще не бывала. Волнуюсь о мелочах — чтобы пропустили через границу, чтобы не потеряла чемодан за две пересадки, чтобы как всегда нашла симку, обменный пункт, автобус, чтобы не исчез герой. Думаю только о начале — доехать, дойти, найти. Потом все проще — потом надо заниматься тем, что умеешь и как умеешь. Я делаю все не без косяков, но всегда знаю, что делаю искренне. И в Белгороде, и в Узбекистане, и в Турции я любила — одной любви недостаточно, но без нее невозможно совсем.

Я была так сосредоточена на решении всяких вопросов с подготовкой, что даже не посмотрела на карте, куда приземлюсь в итоге — оказалось, прямо на побережье океана. На карте маленький город и огромная, необъятная масса воды, через которую мне лететь, на которую потом смотреть. А дальше куда-то — я даже еще не знаю куда, герой не сказал мне до сих пор наш конечный пункт. У него оранжевая машина, и он уже выучил несколько русских слов, а я — несколько португальских. Его зовут Роджерио, и он одиночка, а я вроде как тоже. Он колесит по бразильским деревням, а я по маленьким циркам. Я жду встречи с ним как встречи с другом, хотя я никогда раньше его не видела и совсем его не знаю.

Это будет четвертая серия. Половина проекта. Рано думать о его конце, но мне думать об этом уже страшно. В последние дни в Мардине я встретила венесуэльца, который путешествует уже около 15 лет, и мы с ним поболтали о том, что если ты уже начал ездить по миру, то сложно остановиться. Это кайф похлеще любого, какой я знаю. Стресс, работа, сомнения — все это есть в полной мере, но в конце концов я все это забываю, а помню только ночные улицы махалля, застывшие камни, двери со звездами, мужчину с голубями, инжир и своих друзей. Я не хочу, чтобы это кончалось.