За один день пересралась с половиной руководства БДТ (вторая половина меня еще просто не знает) из-за того, что снимала утилизацию декораций. Следить за рабочими, монтирующими огромные баннеры для фасада театра было скучновато, и не знаю какой реж не переключился бы на старичка, который на фоне раздолбанных манекенов с наслаждением херачил декорации палкой. Без задней мысли я перевела фокус на него, и тут понеслась: сначала на меня накричала вроде как главная по монтажным работам (я так точно и не поняла должность), после этого, так как я забыковала и стала требовать встречи с Могучим — со мной встретилась его зам (и без крика, но тоже меня отчитала). Я продолжала как баран просить уедиенции с худруком в святой уверенности (не знаю откуда она у меня), что он бы даже не обратил на это внимание — в конце концов он просил меня «поливать все», ну я и поливала, цепляясь за те крупицы интересного, которые пока обнаружила. Короче, дальше весь день все смотрели на меня с большим недовольством и подозрением и до кучи наругали, что не ношу футболку с надписью БДТ stuff.

Я околела на морозе, два часа ожидая поднятия несчастного баннера на общем плане (потому что на крышу меня тоже не пустили) и не отогрелась до сих пор — да и сняла, как не пыталась стоять ровно, с мелкой дрожью, мороз уже был, видимо, слишком глубоко.

Протусила две экскурсии по Фанерному театру — плюсы были в том, что я знала уже весь путь и смогла заранее выстроить прикольные кадры, минусы — в том, что все это фасадная хрень, а глубже пробраться за сегодня у меня так и не вышло. Надо куда-то лезть, иначе я начинаю впадать в депрессию — вяло пожевав луковые колечки в бургер кинге, потратила огромную для себя сумму на новый жесткий диск и дошик (повезло — по скидке) и вечером, стоя наконец под горячим душем, пыталась напомнить себе, что вообще-то мне все это нравится больше, чем что-либо в жизни — да, это опять сложно, да, опять я думаю, что меня никогда не примут, но я опять не в Москве, опять с камерой, опять что-то ищу — и если я облажаюсь, не дай бог, боже мой как страшно, если я облажаюсь здесь, я попробую в другом месте.