Три дня подряд не вылезала из дома и из монтажа, под конец как обычно начав сходить с ума. Определить это всегда очень просто — со всей своей гиперответственностью я начала все забывать и путать и в итоге приехала к друзьям, чтобы сходить в кино на новую Германику и получила сообщение от мамы со словами "ты где?". Поняла, что вообще-то обещала зайти к родителям, резко развернулась и отправилась туда. Там было смешно: мои родители — это нечто, при том, что я, конечно, их очень люблю. За несколько часов они попытались научить меня снимать документальное кино, не слушать Разбежкину, быть более объективной в восприятии реальности и вообще — во всем они крупнейшие специалисты, и если с первым образованием (журналистским) это еще было понятно, то на сценарном я уже начала сомневаться, а уж дойдя до доккино стала просто улыбаться и много кивать головой. Короче, Германику я не посмотрела, зато унесла домой 2,5 литра домашнего вина.

На следующий день я поняла, что пора устроить себе перерыв. Хотелось как-то культурно компенсировать Германику, и мы отправились на выставку Йоко Оно. У входа нас встретили два суровых мужчины, сообщивших, что музей закрыт по техническим причинам на один именно сегодняшний день. Я поняла, что пора перестать себя обманывать — мы пошли пить. В Чебуречной на Пушкинской мы попали на день рождения Андрея по прозвищу Андроид. Андроид давно вырубился, казалось, уже часа два как, но его друзья охотно сообщили нам, что завтра в 7 утра у него рейс в Доминикану. Мы выразили сомнения, что Андроид успеет на рейс. Друзья Андроида выразили то же.

Покуривая у входа встретила однокурсницу из Вышки, которая, оказалось, поступала к Крымову. Обсудили, как много Крымов плачет. Мужчина сбоку не смог не вмешаться и сказал нам, что нельзя смеяться над мужскими слезами. Мы ответили, что это у нас юношеское.

Причалив к дому в районе полуночи поняла, что вообще-то мне нравится мое кино — хуй там знает, попадет оно на какие-то фестивали или нет, но что-то в нем есть, я тупо чувствую.
А это, в общем, уже немало — на этом можно слегка успокоиться и перестать трепать нервы себе и всем вокруг. Друзья у меня офигенные, парень — крутой и вообще на Артдокфесте (я могу это так сказать с таким восторгом, как будто это я там). Вся вот эта вот жизнь в окружении документалистов определенно пиздец странная, но самая веселая, какая у меня когда-либо была.

Вино, кстати, охуенно вкусное.
Уйдет быстро.