Мы сгоняли на показ "Варда глазами Аньес", и меня неплохо накрыло. Надо сказать, я никогда не смотрела Варду, и у меня было ощущение после этого фильма, что начать с конца — не такое уж плохое решение. Потом мы говорили о том, что она, конечно, напоминает Разбежкину — и мы не про рост (шутки за 300), а про внутреннюю режиссерскую силу и про отношение к жизни, которому искренне хочется научиться. Отношению к жизни как к игре. На самом деле, игра может быть местами ужасно сложной, но тем не менее в конечном итоге это всегда радость — ты встречаешь чью-то жизнь, живешь чью-то жизнь, собираешь чью-то жизнь заново из разных кусков, и это, конечно, должно быть жутко интересно.

А я постоянно страдаю — с рафкатом я облажалась, потому что "монтирую как сценарист", и после Варды мне почему-то вдруг стало понятно в чем дело. Я вцепилась в историю Валеры и Яны, Лешы и Марины мертвой хваткой и проигнорировала все остальное. В итоге, видимо, это больше похоже на текст, чем на кино. Но я знаю, что это можно исправить.

Всегда обидно оказываться не гением в очередной раз, как бы глупо это ни звучало. Я такой человек, у которого обычно не выходит ни с первого, ни с пятого раза, но на шестой иногда случаются чудеса.

Вообще одна из самых сложных вещей — это избавляться от комплекса отличницы во взрослом возрасте. Какая ведь, действительно, травмирующая хуйня — всегда получать пятерки. Мне интересно увидеть и узнать тысячи вещей, и, наверно, из чего-то я могу сделать кино, из чего-то — пьесу, а из чего-то сценарий. Наверно, я могу не соревноваться с собственным парнем, потому что у него всегда получается лучше, чем у меня. Наверно, я могу позволить себе просто любить жизнь так, как я люблю ее на самом деле.

"Вокруг нас не было ничего нейтрального, все было гипертрофировано."

Варда как-то не потеряла себя в 1968 году, окруженная Деми, Годаром и прочими пацанами из новой волны.
Нужно научиться идти своим путем — остальные идут рядом, а не пересекают тебе дорогу.