Самое важное из того, что сказал Аристакисян -- "все имеет свой срок". А еще убрать несколько кадров из монтажа. А еще, что есть отношения, которые детство, юность, взрослость, даже пенсия, а есть те, которые смерть -- после всего. Я ответила, что вот у нас с Сашей же смерть -- это же чуть ли не самое интересное? Артур согласился. Потом думала, что, наверно, поэтому я и ищу повод поговорить -- одно дело смерть осознать, другое -- увидеть.

То, что мне надо снимать сейчас, хорошо бы, без шуток, снимать глазами, иначе все очень сложно. Хотя, наверно, так про любое кино можно сказать.

Купила камеру наконец, назвала Маргаритой. Шутим теперь, что если поставить ее рядом с Разбежкиной, то получится Мастер и Маргарита.

Круто, наверно, что у меня случился реально сложный конфликт с самой собой по поводу того, что мне хочется сейчас проживать, а не снимать, а снимать очень надо. Пока это вообще никак ни на что не влияет, кроме того, что я постоянно увожу камеру куда-нибудь в потолок (считай, компромисс), но, наверно, тоже закончится каким-то выбором -- хотя отвечаю, что все равно в сторону того, чтобы снимать, что тут, в общем-то, думать.