Въ качествѣ единственнаго исключенія, связаннаго съ запускомъ Patreon'а, публикую здѣсь 7 собственныхъ стихотвореній (для ознакомленія не читавшихъ моихъ стиховъ), напечатанныхъ въ 5-мъ «Ишѣ», который и безъ того уже есть въ сѣти:

I. На весеннемъ припекѣ не вѣрится мнѣ,
Что я живъ до сихъ поръ, и что улица эта
Не расплавится въ жаркомъ текучемъ огнѣ,
И что я не умру съ наступленіемъ лѣта.

Въ парусиновыхъ брюкахъ, рубашкѣ простой
Упаду со скамейки на дѣтской площадкѣ,
Неожиданно канувши въ сонъ золотой,
И оставивъ дѣла, какъ всегда, въ безпорядкѣ.

Только улицы гулъ донесется и жаръ,
Проникая въ поспѣшную спайку мембраны, —
Но крылатый тогда, отдохнувъ, сталеваръ
Крѣпко-накрѣпко сплавитъ края этой раны.

II. Сѣрый день весенній вынутъ
Изъ стакана съ молокомъ,
На пергаментъ опрокинутъ
И размазанъ молоткомъ.

Розсыпь крошекъ птичьихъ пѣсенъ
Липнетъ къ кашицѣ дождя.
Воздухъ свѣжъ, стишочекъ пресенъ.
Муза вздрогнетъ, уходя.

III. Толстѣть, жирѣть душой понурой,
Итти у всѣхъ на поводу,
Свой кончить вѣкъ съ жестокой дурой —
У многихъ это на роду

Написано. Конечно, жалко, —
Но отвратительнѣй стократъ
У телевизора Сократъ
И Сафо въ бигудяхъ со скалкой.

IV. Многообразна и скучна,
И только даръ воображенья
Ей — чуждаго, иного сна —
Даетъ личину отраженья.

И снова допивай до дна, —
Жизнь невозможна безъ движенья,
Но никакого вспоможенья
За это не даетъ она.

Остановись — и, глядя въ полъ,
Безъ мысли опершись о столъ,
Пойми, что ничего не надо.

Ни счастье, ни любовь, ни трудъ
Тебѣ вовѣки не дадутъ
Спасенья отъ земного ада.

V. Не дай мнѣ Богъ перерожденья —
Опять возникнуть на землѣ!
И въ содроганьяхъ, и хулѣ,
Лишеннымъ смерти свобожденья.

Нѣтъ, лучше умереть всецѣло,
Оставивъ по себѣ чуть-чуть,
Чтобъ чрезъ распахнутую грудь,
Безгнѣвно оставляя тѣло,
Душа забыла, отлетѣла,
Свой явный завершая путь.

VI. ΙΧΘΥΣ

И не кашляется, и не дышится,
Только сердце уныло щемитъ,
И во всей этой немочи слышится
Умиранья сырой динамитъ, —

И однажды отъ жара просушится,
Отъ палящаго срока рванетъ…
Вотъ и тѣло, какъ рыбина, глушится,
Чтобъ душа миновала тенетъ.

VII. Я хитрѣю, дурѣю, косѣю,
И прищурившись только смотрю
На хозяиньку музу-Сирсею, —
Лебезя, поругаю, схитрю.

Потому что все болѣе ясно,
Что безъ дури, «гу-гу» и «бу-бу»
Ничего не создашь самовластно,
И свою не исполнишь судьбу.

Ужъ прости меня, юноша пылкій —
Какъ ты милъ, какъ серьезенъ, какъ строгъ —
Я пишу изъ положенной ссылки
Въ картонажный простой коробокъ.

И пока стрекочу я оттуда,
И пока твой чередъ не насталъ,
Почитай, скажемъ, Блока, — онъ чудо
Какъ въ студенчествѣ строго писалъ,
А потомъ, какъ большіе поэты,
Чаепитье простое воспѣлъ.

Къ счастью, всѣ наши пѣсенки спѣты,
И безсмертенъ, кто къ чаю поспѣлъ.

VIII. Сварила борщъ, заштопала носки,
Сложила не спѣша свои пожитки.
Да въ этотъ борщъ не глянешь безъ тоски,
И разноцвѣтны, какъ обычно, нитки.

Нѣтъ, молодость, къ тебѣ я ухожу!
Силъ не сыскать къ служенью и привѣту.
…Въ больницѣ тѣнь прошла по этажу,
И Ходасевичъ тянетъ руки къ свѣту.