💾 Верховный суд РФ рассмотрел спор о банкротстве компании по правилам отсутствующего должника.
Кредитор обратился с заявлением о банкротстве общества. При этом размер требования был ниже общего порога для возбуждения дела о банкротстве юридического лица.
✖️ Суды трех инстанций признали компанию банкротом по упрощенной процедуре и открыли конкурсное производство.
Нижестоящие суды исходили из того, что:
▪️ компания фактически не ведет деятельность;
▪️по счетам нет движения;
▪️в штате числится только директор;
▪️показатели бухгалтерской отчетности за несколько лет существенно не менялись.
Бывший руководитель должника возражала: общество нельзя считать «брошенным», поскольку руководитель была на связи, представитель участвовал в процессе, а простой объяснялся корпоративным конфликтом и защитой имущества. Кроме того, заявитель жалобы ссылалась на наличие у компании земельных участков, транспорта и 100% доли в действующем сельскохозяйственном обществе.
Верховный суд РФ отменил акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение.
➡️ Процедура банкротства отсутствующего должника предназначена для ситуаций, когда юридическое лицо фактически брошено, деятельность прекращена, связаться с руководителем невозможно, а применение иных процедур не требуется.
Если руководитель участвует в деле, объясняет причины простоя, заявляет о наличии активов и намерении продолжать деятельность, суд не вправе открывать конкурсное производство по упрощенной процедуре без проверки этих доводов.
Комментарий директора Ассоциации по работе с проблемными активами Ивана Рыкова:
«Банкротство отсутствующего должника часто применяется к компаниям, которые давно не ведут хозяйственную деятельность, а местонахождение контролирующих лиц неизвестно. В практике уже закрепился подход, что для запуска такого механизма может быть достаточно одного признака отсутствующего должника.
Однако данный спор показывает пределы применения такой процедуры. Упрощенная процедура не должна превращаться в способ обойти порог для возбуждения дела о банкротстве и быстро получить доступ к конкурсному производству там, где есть активы, корпоративный конфликт и спор за контроль.
Особенно показательно, что Верховный суд РФ прямо указал на риск использования подконтрольного одному кредитору банкротства для незаконного завладения имуществом должника.
Данный кейс важен тем, что показывает пределы агрессивной стратегии взыскания: быстрый вход в конкурсное производство допустим только там, где должник действительно отсутствует, а не когда процедура становится способом давления или борьбы за актив.
Поэтому при работе с такими делами важно смотреть не только на отсутствие операций по счетам и формальные признаки прекращения деятельности, но и на главный вопрос: зачем на самом деле запускается банкротство и к каким активам оно открывает доступ.