Мастер дзен и воспоминания об озёрном карпе

Когда-то давно, когда я только приехал работать в Китай, меня приняла к себе группа студентов спортфака крошечного института в провинциальном Дэчжоу.

Говорить я не мог, но это было и не нужно: вечерами я приходил на тренировки, ребята меня люто растягивали и приговаривали: «фансун, фансун» — расслабься, дескать. Я выпучивал от дикой боли глаза и пытался расслабиться. Время шло.

Тогда-то я впервые услышал легенду о Драконьих воротах — Лунмэнь. Где-то в верховьях Желтой Реки, среди бурных порогов и скал, карпы идут против течения и пытаются преодолеть почти невозможный подъём. Большинство снова уносит вниз вода. Но тот карп, который однажды прорвется через ревущую пену наверх, станет драконом.

Я почему-то запомнил эту историю на всю жизнь и недавно попросил друга-каллиграфа нарисовать мне такого карпа.

Он спросил зачем и тут меня прорвало. Полчаса я рассказывал ему о силе этого архетипа, о том, как отождествляю себя с этим карпом, как вырос на реке, как всю жизнь карабкался вверх по течению и вот это вот все.

И он внимательно всё выслушал и нарисовал картину.

На ней мой карп: истрёпанные плавники, облезлая чешуя, но взгляд уже не рыбы — это взгляд дракона.

А рядом три иероглифа: 憶湖鯉. Первый — «память», второй — «озеро», третий — «карп». Вместе это что-то вроде изящного каллиграфического «воспоминания об озёрном карпе».

Вот только если прочитать это громко вслух по-китайски, получится:

И-Ху-Ли.

Немая сцена.
Занавес.
Дзен.