​«Эхо времени. Вторая мировая война, Холокост и музыка памяти» Джереми Эйхлера (пер. Татьяны Азаркович)

Всем прекрасно известна фраза немецкого философа еврейского происхождения Теодора Адорно о том, что писать стихи после Освенцима — варварство. Не менее известно и то, что стихи, как и другие произведения искусства, не перестали появляться после всех чудовищных событий, произошедших в ХХ веке. Сам Адорно позднее пересмотрел своё мнение и признал, что мир, переживший собственную гибель, нуждается в искусстве — «как в собственной бессознательной летописи». Память со временем стирается, уходят последние свидетели, отдельные трагедии замалчиваются, история переписывается, а на месте мемориалов кому-то может прийти в голову идея построить парковку или парк. Но искусство продолжает помнить — если уметь правильно на него смотреть, или, в случае с музыкой, слушать.

Объёмное, подробное и лиричное исследование историка культуры и музыкального критика Джереми Эйхлера сосредоточено на творчестве четырёх композиторов и их мемориальных произведениях: Арнольда Шёнберга и его кантате «Уцелевший из Варшавы», Рихарда Штрауса и «Метаморфоз», Бенджамина Бриттена и «Военного реквиема», Дмитрия Шостаковича и его 13-й симфонии «Бабий Яр». Музыкальные произведения становятся своеобразными архивами памяти, а биографии их создателей и исторический контекст дают ключ к их глубокому пониманию. Вокруг каждого композитора автор сплетает обширную сеть связей, попутно рассказывая о судьбах других деятелей культуры, искусства и политики, тем самым углубляя и расширяя исторический фон.

Эйхлер пишет и о том, как эти произведения были восприняты во время премьерных исполнений, когда память о событиях, в них отражённых и осмысленных, ещё была свежа. Он также задействует своё мастерство музыкального критика, анализируя структуру композиций, инструментовку, музыкальные темы —может показаться, что это доступно лишь подготовленным слушателям, но напротив — критика Эйхлера, удивительно ясная, доступная и поэтичная, даёт инструменты для тех, кто решит переслушать эти произведения или обратиться к ним впервые.
И, наконец, следуя по стопам Зебальда, Эйхлер лично посещает важные для своих героев места, чтобы увидеть, как память о них и о страшных событиях прошлого растворяется с течением времени.

Возможно, музыка, как никакая другая форма искусства, способна выражать невыразимое и обращаться к человеческим эмоциям напрямую — это самое подходящее хранилище для памяти. И Джереми Эйхлер своим исследованием показывает, как эту капсулу времени можно вскрыть, чтобы оживить голоса и чувства прошлого. Удивительная книга, похоже, «Империи боли» придётся подвинуться на пьедестале моего The нон-фикшена года.

Издательство: @Corpusbooks