Р. Б. — 63-летний недавно впервые женившийся бизнесмен, находящийся в настоящее время на третьем году анализа. Его предыдущий анализ продолжался около двадцати лет. Его главной жалобой в обоих анализах была неспособность установить и поддерживать глубокие отношения с женщинами. Он католик по рождению и по первым годам школьного образования. Его «никуда не годный» отец оставил его мать вскоре после его рождения и только изредка навещал его впоследствии. Свою мать он описывал как пустую, нарциссичную, требовательную, незрелую и очень ненадежную женщину, переложившую многие домашние обязанности на его плечи и жестоко каравшую его за любые проступки. Она настаивала на том, чтобы он спал с ней до подросткового возраста, когда он стал жить время от времени с дедушками по материнской линии и с тетей. В детстве он страдал от недостатка внимания (до последнего времени он этого не осознавал) и плохо успевал в школе. Но сейчас из-за его самообразования никто не может по его речи и манере самопрезентации упрекнуть его в недостаточной образованности, культурности, уравновешенности: он очень земной и умудренный жизнью человек.

Мы смогли обнаружить, что его общий паттерн ухаживания за женщинами продолжал семейный паттерн. Случайно столкнувшись с красивой женщиной, он становился одержимым вуайеристом. Такими женщинами были знаменитые красавицы, модели, певицы, кинозвезды, многие из них за эти годы вышли замуж. Он был настолько обходительным, что ни одна из них не могла устоять. Он становился очень возбужденным, преследуя женщин. Его вуайеризм усиливался, и он мог выслеживать их тайно. Его интерес к женщинам был чисто зрительским, а именно, он любил засматриваться на их ноги. Ее личность была не столь важна для него. Далее он находил способ приблизиться к ней и привлечь ее внимание — всегда успешно. Не успев достигнуть успеха, он чувствовал клаустрофобию, сразу терял интерес, чувствовал себя в ловушке, испытывал безразличие и планировал ретироваться.

Вскоре после начала анализа он повстречал юную актрису, пришедшую на беседу по поводу написанного ею сценария. Как только она вошла в его офис и их глаза встретились, они оба прослезились — «как будто мы ждали этой встречи всю прежнюю жизнь», — сказал он романтично, но с горечью. Она была вдвое моложе его, но также сильно это чувствовала. Не поставив меня в известность, позже он консультировался у своего предыдущего аналитика, и тот будто бы предостерег его, что он не способен влюбиться в женщину и что их отношения подобны «маю-декабрю». Анализ его клаустрофобии стал жизненно важным для его способности жить с ней и в конце концов жениться на ней. К настоящему моменту они в браке два года и счастливы друг с другом. У нее три ребенка от двух предыдущих браков, но все пять членов семьи счастливо уживаются.

Анализ его клаустрофобии, хотя и был важен для него, был только началом долгого пути из лабиринта. В то время, говоря о трудностях в отношениях с женой, ее детьми, по поводу работы, он часто восклицал: «О, это кошмар!» Я заключал из этого, что иметь дело с трудностями повседневной жизни часто было для него кошмарным, потому что неприятные события резонировали с глубоко спрятанной внутренней инфантильной самостью, которая потерялась и отдалилась от остальной личности по мере того, как он рос. Вскоре после его свадьбы он пришел к видению себя как молодого человека и смог признать свою моложавую красоту. Я про себя сравнил его с «Портретом Дориана Грея» Оскара Уайльда.

Он вспомнил, что по разным причинам в жизни он отказывался от удовольствия и радости и замыкался в себе с тем, чтобы переживать незаметно для других. Он сравнил свою замкнутость с идеей фаустовой сделки или сделки с дьяволом, в которой он отрекался от всех радостей и удовольствий.

Он мог ожидать взаимности от женщины, покупая ей дорогую яхту или автомобиль, но не мог доводить до конца свои намерения с удовольствием. Он немедленно избавлялся от них.

Далее в комментариях ⏭️

Дж. Гротштейн
«Внутренние объекты» или «химеры»: демоническая третья форма внутреннего мира

#ДжеймсГротштейн