ЧАСТЬ ВТОРАЯ. И второй ключевой документ эпохи, написанный Сперанским и оправдавший казнь декабристов. «Манифест 13 июля. Божиею милостию мы, Николай Первый, император и самодержец всероссийский и прочая, и прочая, и прочая. Верховный уголовный суд, Манифестом 1 июля сего года, составленный для суждения государственных преступников, совершил вверенное ему дело. Приговоры его, на силе законов основанные, смягчив, сколько долг правосудия и государственная безопасность дозволяли, обращены нами к надлежащему исполнению, изданы во всеобщее известие. Таким образом, дело, которое мы всегда считали делом всей России, окончено; преступники восприяли достойную их казнь; отечество очищено от следствий заразы, столько лет среди его таившейся. Обращая последний взор на сии горестные происшествия, обязанностию себе вменяем: на том самом месте, где в первый раз, тому ровно семь месяцев, среди мгновенного мятежа явилась пред нами тайна зла долголетнего, совершить последний долг воспоминания, как жертву очистительную за кровь русскую, за веру, царя и отечество, на сем самом месте пролиянную, и вместе с тем принести Всевышнему торжественную мольбу благодарения. Мы зрели благотворную его десницу, как она расторгла завесу, указала зло, помогла нам истребить его собственным его оружием, - туча мятежа взошла как бы для того, чтобы потушить умысел бунта. Не в свойствах, не во нравах русских был сей умысел. Составленный горстию извергов, он заразил ближайшее их сообщество, сердца развратные и мечтательность дерзновенную; но в десять лет злонамеренных усилий не проник, не мог проникнуть далее. Сердце России для него было и всегда будет неприступно. Не посрамится имя русское изменою престолу и отечеству… Следственная комиссия в течение пяти месяцев неусыпных трудов деятельностию, разборчивостию, беспристрастием, мерами кроткого убеждения привела самых ожесточенных к смягчению, возбудила их совесть, обратила к добровольному и чистосердечному признанию. Верховный уголовный суд, объяв дело во всем пространстве государственной его важности, отличив со тщанием все его виды и постепенности, положил оному конец законный. Так, единодушным соединением всех верных сынов отечества в течение краткого времени укрощено зло, в других нравах долго неукротимое. Горестные происшествия, смутившие покой России, миновались навсегда и безвозвратно. В сокровенных путях провидения, из среды зла, изводящего добро, самые сии происшествия могут споспешествовать во благое. Да обратят родители всё их внимание на нравственное воспитание. Не просвещению, но праздности ума, более вредной, нежели праздность телесных сил, - недостатку твердых познаний должно приписать сие своевольство мыслей, источник буйных страстей, сию пагубную роскошь полупознаний, сей порыв в мечтательные крайности, коих начало есть порча нравов, а конец – погибель. Тщетны будут все усилия, все пожертвования правительства, если домашнее воспитание не будет приуготовлять нравы и содействовать его видам. Дворянство, ограда престола и чести народной, да станет и на сем поприще, как на всех других, примером всем других состояниям. Всякий его подвиг к усовершению отечественного, природного, не чужеземного воспитания мы примем с признательностию и удовольствием. Для него отверсты в отечестве нашем все пути чести и заслуг. Правый суд, воинские силы, разные части внутреннего управления, – все требует, все зависит от ревностных и знающих исполнителей. Все сословия да соединятся в доверии к правительству».