Яков Акимович Драгоманов. Прапорщик Полтавского пехотного полка. Из дворян Полтавской губернии. В марте 1817-го вступил в службу в канцелярию совета военного министра. В 1824-м поступил юнкером в Полтавский пехотный полк. Член Общества соединенных славян. Алфавит декабристов описывал его так: «вступил в Славянское Общество весною 1825 года. Знал только то, что целью оного есть улучшение правительства. Читал клятвенное обещание славян. Был два раза в собрании членов у Андреевича и другого не известного ему артиллерийского офицера в лагере близ местечка Лещина, где слышал тот же разговор о преобразовании правления. Сам в Общество никого не ввел и между нижними чинами ничего предосудительного не рассевал». Иначе характеризует его видный декабрист Горбачевский: «Природные его дарования были развиты занятиями, деятельною жизнью и желанием образовать себя еще более. Вступив в Общество, он был ревностнейшим членом оного, участвовал во всех совещаниях в лагере под Лещиным и знал условия, на коих соединились два общества (то есть Общество Соединенных Славян с Южным обществом). Хотя он был недоверчив и не полагал, что можно так скоро освободить Россию, однако ж верил силе Южного общества и надеялся на успех замышляемого переворота. Будучи убежден, что для возмущения полка необходимо принять в Общество ротных командиров, способных действовать на солдат, и зная, что в Полтавском полку, кроме полкового командира Тизенгаузена, поручика Усовского и Бестужева-Рюмина, нет ни одного члена, он решился тотчас после Лещинского лагеря увеличить число оных. Вследствие сего намерения он принял в Общество двух ротных командиров: поручика Троцкого и подпоручика Трусова, пылких и решительных молодых людей; сообщил им все известное о делах и намерениях Тайного общества, взял обещание действовать по общему плану и поднять знамя свободы при первом знаке к восстанию». Арестован и доставлен в Главную квартиру 1-й армии для привлечения к военному суду. 15 декабря 1825-го – очень скоро после ареста – Высочайше повелено выдержать 3 месяца в крепости и перевести в полки 3-й пехотной дивизии под строгий надзор начальства. По отбытии трехмесячного заключения в крепости переведен в Староингерманландский пехотный полк в чине прапорщика. Уволен за болезнью, но оставлен под строгим секретным надзором.
Предполагалось при этом, что, получив отставку, он поселится на родине, в Гадячском уезде. В марте 1828-го малороссийский генерал-губернатор Репнин получил от министра внутренних дел Ланского уведомление о высылке на родину отставного прапорщика Драгоманова; одновременно сообщалось предписание «иметь за ним секретно строгое наблюдение полиции». На соответствующий запрос Репнина земский комиссар, осуществлявший функции полицейского надзора в уезде, донес, что Драгоманов еще не прибыл на родину и что, как только он появится, комиссар сочтет «неукоснительным долгом иметь за ним самое строгое наблюдение». Но Драгоманов так и не появился в Гадячском уезде, предпочитая жить в больших городах. Не в столицах, конечно. Сочинял стихи. В конце 1830-х печатался в журналах. Вот, начало его прекрасной «Элегии»: «Далеко видит взор с обрывистой горы, // Где ветхий монастырь убогою главою // Глядит на пышные окрестные ковры, // На прелесть дикую. Под этою горою // Кипит и плещется великолепный Псёл. // Как мило вы над ним, дремучие дубравы, // Склонились с берегов! Но волны величавы, // Оставя вашу сень, плывут в зеленый дол // Искать других картин, искать и новой славы. // Великодушный Псёл, ты пощадил меня, // Когда, томимый зноем дня, // Плескался юноша прохладными струями // И утопал в тебе. Ты добрыми волнами // На берег выбросил питомца своего... // Зачем, безжалостный, ты пощадил его?» Двоюродный дед Леси Украинки. Умер в 39 лет. Так и остался до конца жизни под надзором.