В поисках морали или пока открытый космос не разлучит нас
11-летняя Нацуки — типичный старший «гадкий утёнок». Отец, мать и младшая сестра — семейный монолит, ненавязчиво отвергающий её инаковость. Несмотря на то что капризуля Кисэ почти всегда находится в родительских объятиях, Нацуки испытывает к ней жалость: ведь у неё самой, в отличие от младшенькой, есть плюшевый соратник Пьют. Он прибыл со специальным заданием с планеты Попихамбопия, чтобы изучить и предотвратить опасность, нависшую над земляноидами.
Истинное счастье для Нацуки — семейный японский праздник Обон, ради которого они с родителям мчатся по горному серпантину в деревушку Акисина. Каждый год здесь собирается многочисленная родня, но для неё по-настоящему важен лишь двоюродный брат Юу. Ему девочка может признаться в том, что она на самом деле пришелец, а её ёжик — секретный агент. Косвенным подтверждением их с Юу душевного родства становится поразительное внешнее сходство: «не похожая ни на родителей, ни на сестру, а вот с Юу — просто одно лицо». Кстати, если поменять местами иероглифы в имени мальчика, получится фраза «открытый космос». Юу и Нацуки решают обручиться, закрепив свой союз клятвой — главным условием которой становится выживание любой ценой — и ждать звездолёта, чтобы вернуться на родную планету, прежде чем «Фабрика» сотрёт их сознание.
Повзрослевшая Нацуки внешне маскируется под «нормального» члена общества: муж, работа — всё как положено. Но внутри она по-прежнему яростно противостоит «Фабрике», а муж и вновь обретённый Юу помогают ей в этом. И вот космический звездолёт начинает набирать пугающую скорость…
«…весь этот город - огромный кокон. Гнездовье личинок для Фабрики по производству людей. А я - их будущий элемент, и предназначений у меня для Фабрики сразу два. Во-первых, если я буду прилежно учиться, то стану исправным обрабатывающим инструментом. Во-вторых, если я буду очень стараться, то стану еще и полезным репродуктивным агрегатом»
Саяка Мурата — современная японская писательница, получившая мировую известность после повести «Человек-комбини». В «Земляноидах» автор продолжает исследовать проблему инаковости через призму фрейдовской концепции «тотем и табу». Тотемом здесь выступает плюшевая игрушка, которую Нацуко наделяет сверхсилой, а спектр табу поражает и буквально выворачивает наизнанку (на голодный желудок лучше не читать). Писательница признаётся, что с детства размышляла о сути явлений: почему родители обязаны обеспечивать детям надёжный тыл, почему убийство (в отличие от самообороны) — табу и насколько прочны границы «любви» в близкородственных связях.
Тёплая, почти магическая атмосфера, словно сошедшая со страниц, нарисованных Хаяо Миядзаки, оказывается на деле довольно зубастой. Это экстремальная история, в которой героиня нарушает мыслимые и немыслимые границы нравственности.
Книга термоядерная — слабонервным лучше даже не прикасаться к корешку. А вот любителям сюжетов «на грани» она точно придётся по вкусу. То, что Саяка Мурата «не договорила» в повести «Человек-комбини» (2016), на все 300% разворачивается в экстремальных «Земляноидах» (2018). Советую небрезгливым обладателям крепких нервов, которые не прочь обратить взор на звездное небо над головой и моральный закон внутри себя.
#отзыв
🤩 Делитесь, знакомы с творчеством писательницы? Планируете план-перехват «Земляноидов»?