Форте-дей-Марми произвёл на меня неизгладимое впечатление. Я ехала за социокультурными инсайтами и, должна сказать, с этой точки зрения это просто place to be.

Меня страшно занимает то, как те или иные места приобретают ту или иную славу. Вот почему, скажем, Римини и Риччоне, где мы были в прошлом году, стали всеитальянской здравницей? Ну потому что сюда еще во время Муссолини отправляли детей крестьян и рабочих укрепляться душой и телом. А вот Форте-дей-Марми, например, почему стал престижным местом для отдыха? Ну, потому что Аньелли и прочим северо-итальянским промышленникам было легко сюда добираться из Турина и Милана.

А вот как русские тут завелись? Считается, что русские деньги были призваны спасти курорт от забвения в начале девяностых. Времена были интересные: рухнула Берлинская стена, пропала коммунистическая угроза, которой питалась несколько десятилетий христианско-демократическая партия Италии, разгорелся коррупционный скандал, известный как «Танджентополи», добивший в итоге DC. Виллы в Форте опустели, мэрия забеспокоилась. И начала оглядываться, как говорят, по сторонам. Деньги нашлись в России — и тогда они ничем, совершенно ничем не пахли.

Дальнейшее развитие сюжета вы могли наблюдать в светской хронике или, скажем, в запретграме.

Резкий на язык Джорджо де Кирико этих мест не жаловал вовсе. В «Воспоминаниях» он громит Форте и Версилию с редкой желчью: пейзаж скудный и грубый, море и берег до отвращения скучны — ни скал, ни парусов, «ничего, что заставило бы тебя взять в руки карандаш». Пляж, по его версии, оккупирован приезжими интеллектуалами из Рима и Флоренции, которые целыми днями сплетничают и злословят, а сосновую рощу за их спинами он и вовсе сравнивает с клоакой, полной нечистот и мух, летящих прямиком на обеденные столы художников. Не знаю — пляж отличный, виды из моря на пинии и Апуанские Альпы. Интеллектуалы, правда, повывелись. Пляжные клубы прекрасные все как один — не зонтики, а палатки. Муж был восхищен наличием под этим пляжным навесом стула, на котором удобно читать. Думаю, если бы на пляже были рабочий стол, свет и компьютер, мы бы провели в Форте пару месяцев. Море классное, да, мелкое, но итальянцы такое любят.

У Форте, как оказалось, есть мощнейший, объединяющий восточных славян потенциал. Геополитика приобретает тут, как бы это сказать, более осязаемые очертания. В некоторых местах ты оказываешься между людьми, напоминающими депутатов народов одновременно близких и далеких. И начинаешь задаваться вопросом о том, чем обеспечены цены в ресторанах: лишь уровнем публики или тем, что ресторан каждое утро собирают заново после драки? В других местах у тебя ощущение, что ты в «Кофемании» на Кутузовском в шесть утра. Я однажды там была, впечатления также были неизгладимыми. Можно, сидя за обедом, узнать об отношениях, любовных и финансовых, молодых женщин славянской внешности и не очень молодых итальянских мужчин. И да, деньги тут по-прежнему не нюхают.

Итальянцами Форте любим. Но если вы приезжаете вне сезона (а начало сентября — это уже не сезон), нужно быть готовым к тому, что их в городе минимум. И что у жизни в Форте есть по крайней мере одна (на деле не одна) особенность, о которой нужно знать: рестораны на пляжах в сентябре вечером не работают. Поэтому итальянская публика обедает на пляже, а вечером садится в машину и отъезжает ужинать на окружающие Форте холмы или в другие городки. Если вы в городе без машины, вы обречены есть плохо. Серьезно, я очень давно не сталкивалась с тем, чтобы в Италии мне было невкусно.

Что в итоге? Длинные выходные, особенно если вы живете в Милане или Флоренции, — маст. Своя вилла и машина — маст. Половина моих итальянских соседей по пляжу, будучи в возрасте уже глубоко пенсионном, в начале сентября обсуждала, куда бежать от портящейся погоды и склонялась к Ривьере, итальянской или французской. Говорят, влажность там не такая сильная, да и вообще… Курорты надо менять. Будем завидовать молча.