Дар аль-Ислам

düzmece = фиктивный, сфальсифицированный

Düzmece Dmitri = Лжедмитрий

#словодня

👉https://t.me/elenaoganova

Memed dikkat ediyordu. Eşkıyaların hepsi de kırmızı fes giymişti. Kırmızı fes dağlarda adetti. Kırmızı fes eşkıyalığın alametidir. Kasketli, şapkalı eşkıya görülmüş değildir. Olmaz. Fesi kim icat etti bu dağlarda belli değil. Kim kullandı şapka devriminden sonra, o da belli değil. Belki, şapka devrimi olduğunda dağda eşkıyalar vardı, onlar fesi çıkarmak gerekliğini duymadılar. Ondan sonra da her dağa çıkan fes giydi başına.

Из «Тощего Мемеда» Яшара Кемаля.

Продавцы симита в Стамбуле. 1870-е гг.

#лингвистическое

Ещё один способ сказать чуть-чуть по-турецки.

Bi tık — это и есть чуть-чуть, употребляется в разговорной речи.

Tık — это звук щелчка, тот самый что в tık-tık. Как тумблер, который двигают на одно деление, немножечко, но уже всё по-другому, есть оттенки.

Например: Bi tık pahalı - дороговато; Bi tık zor - сложновато; Bi tık büyük - великовато;

Источник

Дворец Альгамбра – резиденция правителей Гранадского эмирата Насридов в Испании – шедевр арабо-мусульманской архитектуры.

Вот таков исторический миф, вот так выглядит наглядно «переписывание» истории. Действительно, победившие последних Насридов объединенные силы Изабеллы Кастильской и Фердинанда Арагонского дали три дня на то чтобы мусульмане и иудеи (их кстати мусульмане не заставляли принимать ислам под страхом смерти или изгнания из страны) покинули полуостров. Многих принял османский султан Селим I. Но представить, что после поражения мусульман, все мусульмане были убиты или изгнаны просто невозможно. Так что как бы активно не создавался миф о Реконкисте, многие современные испанцы действительно являются потомками арабов…
Здесь стоит сказать о языке, ведь из него сложно что-то насильно убрать (не берем в расчет реформу языка в Турции в 1930-е, там действительно требовалось отойти от османского, чтобы людям было проще научиться читать и писать): так вот в современном испанском 30% лексики составляют слова арабского происхождения.

Возвращаясь к теме того, насколько остро турки воспринимают идею превращения Святой Софии в собор, стоит вспомнить, как во время Первой Мировой войны, опасаясь взятия Стамбула британцами, был разработан план сожжения Айя-Софии, чтобы она не досталась никому. Можете себе представить степень отчаяния? Об этом мы узнаем от посла США в Османской империи Генри Моргентау, он сообщает, что во время Дарданелльской операции, великим визирем Мехмедом Талаатом Пашой был подготовлен план поджога всех христианских святынь и Айя-Софии в частности на случай взятия города британскими силами. Понимаете теперь, что сказанное Талхой совсем не пустые страхи: пример Испании у нас перед глазами, не допусти Аллах нам также ослабеть и просто исчезнуть...

На Пиренейском полуострове в период мусульманского присутствия сложилась уникальная ситуация, когда бок о бок вместе жили мусульмане-арабы, берберы, евреи, потомки кельтиберов, иберо-латинян, гото-свевов. Потомки завоевателей и местные жители, принявшие религию завоевателей – мувалладун – представляли мусульманскую часть населения, и христиане, местные, перенявшие арабский язык и обычаи, продолжавшие говорить и на родном диалекте латыни – мосарабы – составляли уникальное население мусульманской Испании.
Надо сказать, что арабская культура очаровывала не только мусульман, но и местных евреев и христиан. О том, насколько сильно культура арабов взволновала умы местных христиан полуострова нам сообщает епископ Кордовы Альваро (IX в.):

«Многие из моих единоверцев читают стихи и сказки арабов, изучают сочинения мусульманских философов и богословов не для того, чтобы их опровергать, а чтобы научиться как следует выражаться на арабском языке с большой правильностью и изяществом. Где теперь найдется хоть один, кто бы умел читать латинские комментарии на священное писание? Кто среди них изучает евангелия, пророков и апостолов? Увы! Все христианские юноши, которые выделяются своими способностями, знают только язык и литературу арабов, читают и ревностно изучают арабские книги… даже забыли свой язык, и едва найдется один на тысячу, который сумел бы написать приятелю сносное латинское письмо. Наоборот, бесчисленны те, которые умеют выражаться по-арабски, в высшей степени солидно и сочиняют стихи на этом языке с большей красотой и искусством, чем сами арабы».

Неудивительно, что в сложившемся в аль-Андалусе культурном пространстве, велась активная переводческая деятельность. Более того, именно мусульманская Испания в Средние века стала центром переводческого движения, где арабо-мусульманская наука вкупе с античным знанием становились доступным для европейцев. Важную роль в знакомстве Европы с мусульманской наукой сыграли евреи-переводчики аль-Андалуса. Позже в XII — XIII вв. интеллектуалы из стран Западной Европы приезжали в Испанию, чтобы, получив арабское образование в андалузских медресе, познакомиться с наукой арабов, после этого многие из них отправлялись обратно и становились преподавателями в западных университетах, открытых позднее.
Но насколько же современные испанцы ассоциируют себя с арабами, с мусульманским прошлым своей земли? А ведь это огромный временной промежуток, когда развитая арабо-мусульманская культура определяла жизнь на территории современной Испании и даже Западной Европы.

Как видите, вопрос статуса Святой Софии для турок не просто каприз. Это буквально страх исчезновения их как народа, как мусульман. Дело не в том, что они ненавидят христиан или они просто злые. Дело в идентичности, в страхе ее потери, а вместе с ней своей культуры и даже своих жизней. И пример с Испанией здесь действительно удачен.
На Пиренейском полуострове процветала арабо-мусульманская культура с VIII по XV вв., это был сначала самый западный уголок Арабского халифата, который впоследствии стал независимым после падения династии Омейядов в Дамаске. Талха Ходжа не врет, говоря о высоком уровне медицины, наук, искусств там. Это все действительно так. Можно даже сказать больше: развитие европейской культуры Средневековья и Нового времени было бы немыслимо без арабского присутствия на Пиренейском полуострове. Так, накопленное и осмысленное в рамках мусульманской культуры античное наследие дошло до европейской средневековой цивилизации во многом благодаря существованию особого историко-культурного пространства, ставшего частью уже исторического прошлого – аль-Андалуса, то есть мусульманской Испании.
В 711 г. мусульманские войска, состоявшие в основном из берберов, под командованием Мусы ибн Нубайра переправились на Пиренейский полуостров. В течение нескольких лет полуостров за исключением Галисии и Астурии стал частью халифата. Позже с воцарением свергнутой Аббасидами династии Омейядов в Испании началась блистательная эпоха арабского присутствия на Пиренейском полуострове. Именно во времена Омейядского халифата, а в особенности в годы правления ал-Хакама II (961-976 гг.), приглашавшего в аль-Андалус ученых, законоведов, литераторов с восточных областей Аббасидского государства, начало сильно распространяться влияние культуры Аббасидов. Надо сказать, что в XI в. после распада Кордовского халифата тесные культурные связи между западом и востоком мусульманского мира продолжались, а арабский язык и культура продолжали сохранять высокий статус в Испании.

Тот самый отрывок в расширенном формате для знающих турецкий. Музыка добавляет драматизма🥀

Мне в связи с постом выше вспомнился отрывок из экскурсии в Айя-Софии, проводимой турецким историком Талхой Угурлуелем. Там он рассказывал о значении храма Святой Софии для христиан, и что, несмотря на взятие города османами, христианский мир продолжал столетиями ассоциировать свою идентичность с этой главным архитектурным шедевром Византии. Так вот, напоминив об этом, Талха-бей рассказал слушателям о битве при Чанаккале/ Дарданелльской операции (операции высадки британского десанта в Чанаккале во время Первой Мировой войны с целью взятия Стамбула). Он говорит:

"Çanakkale savaşı sırasında 1915 İngiliz savaş gemileriyle canımızı okumak için Gelibolu'ya giderlerken İngiliz ünlü şairleri de gemideydi, bir tanesi şöyle yazıyor, diyor ki "Osmanlı yeniçerilerinin kanlı kıyafetleriyle zaferle İstanbul'a girdiği gibi bu kez zaferle şehre biz gireceğiz. Ayasofya'nın kubbesine kendi ellerimizle haç takacağız» diyor. Sakın bana şöyle demeyin «Нocam beş buçuk asıl olmuş, beş yüz küsür yıl, yani İstanbul bizi nereye giriyorlar?», sakın bana böyle bir şey demeyin. İspanya'ya hiç gittiniz mi? İspanya'da müslümanlar sekiz yüz küsür yıl kaldılar ve dünyanın en güçlü, en zeki, en edebiyata düşkün, tıbbı en iyi bilen, astronom, havada uçan devletiydi bunlar. Sekiz yüz seksen sene. Şu an İspanya'ya gidiyoruz tura, herhangi bir şehrinin bir köyünün bir mezarlığında bir tane müslüman mezarı yok. Yani sen öyle bir zaafa düşersen, Allah korusun. Gözünü bir kapatıp bir açarsın, bakarsın, sanki biz de hiç olmamış gibi. Örnekleri var, Allah tekrarını yaşatmasın!»

«Во время Дарданелльской операции 1915 года, когда британские военные корабли направлялись к Галлиполи с намерением сокрушить нас, на их борту находились известные британские поэты. Один из них писал: «Подобно тому, как некогда османские янычары с триумфом вступали в Стамбул в своих окровавленных одеждах, так и мы теперь войдем в этот город победителями. Мы собственными руками водрузим крест на купол собора Святой Софии». Не говорите мне: «Но, ходжа, ведь с момента падения Стамбула прошло пять с половиной веков — более пятисот лет, как же они могли бы войти в него сейчас?».Не говорите так. Вы бывали в Испании? Мусульмане оставались в Испании более восьмисот лет, у них были самые сильные, просвещенные, ценившие литературу государства в мире, лучше всего разбирающимися в медицине и астрономии, достигшие невероятных высот. Восемьсот восемьдесят лет. И все же сегодня, если мы объедем Испанию, то не найдем ни одной мусульманской могилы ни на одном кладбище — ни в городе, ни в деревне. Видите ли, если впасть в подобное состояние слабости — упаси Аллах, — то в одночасье может оказаться, будто нас никогда и не существовало. Подобные примеры уже были в истории, да не допустит Аллах, чтобы это повторилось!».

Просматривая форумы, я наткнулся на мнения некоторых испанцев об андалузском периоде их истории и был крайне удивлён. Даже те, кто наиболее лояльно относился к этому периоду, рассматривали прошлое как "что-то чуждое, пришедшее извне". И я задумался, что процесс вычеркивания мусульманского прошлого из испанского национального мифа, один из самых чистых примеров того, как идеология умеет переписывать реальную генеалогию.

В испанской академической среде за этим закрепился термин испанизация истории, более известный как миф о Реконкисте. Суть его проста: сделать так, чтобы современный испанец считал своим прямым предком горца-христианина из Астурии l, но наотрез отказывался видеть предка в жителе Кордовы. Чтобы понять, как возник этот исторический подлог, нужно четко разделить два разных процесса: конфессиональную политику Раннего Нового времени и националистическую историографию XIX-XX веков.

Когда в 1492 году пала Гранада, а в 1499м архиепископ Франсиско Хименес де Сиснерос устроил массовое сожжение тысяч арабских рукописей на городских площадях, государством движил не национализм. Королевские указы, запрещавшие арабский язык, затем и окончательное изгнание морисков (крещеных мусульман) в 1609-1614 годах все это были акты конфессиональной логики государства. Католические короли, Филипп II и инквизиция не мыслили категориями "нации", для них это была борьба с криптоисламом и политической нелояльностью. Фердинанд Католик никогда не говорил языком романтического национализма, его целью была религиозная борьба.

Настоящий подлог произошел гораздо позже. Как показывают историки Хосе Альварес Хунко и Алехандро Гарсия-Санхуан, именно в XIX веке, на волне европейского романтического национализма, возникла концепция непрерывной "испанской нации", якобы существующей со времен вестготов. Именно тогда средневековые религиозные конфликты были ретроспективно переосмыслены как "восьмивековая национально-освободительная война". Самого понятия "реконкиста" в его современном значении в Средние века практически не существовало.

Средневековые хронисты писали о восстановлении христианского порядка и престола, но понятия не имели о "спасении испанской нации". И чтобы собрать стройную цепочку от Римской Испании к Вестготской Испании от нее к Католической Испании и  Современности, из истории пришлось вырезать почти 800 лет.

В этой националистической схеме кроется фундаментальное противоречие. Если нация существовала непрерывно, то жители Севильи, Кордовы или Гранады — это и есть местное население полуострова, просто изменившее язык и религию. Чтобы обойти этот момент, идеологи представили религиозный переход как цивилизационный и чуть ли не расовый разрыв: мусульман объявлены внешними пришельцами.
Но научные данные второй половины XX и XXI века полностью разрушили эту логику.

Так 1970х американский историк Ричард Буллиет применил количественный анализ к биографическим словарям Аль-Андалуса (изучая имена отцов, дедов и прадедов богословов и судей). С помощью логистической S-кривой он доказал: взрывной рост Исламизации начался в IX веке и достиг пика к концу X века, когда мусульмане составили более 80% населения. Физически переправить через Гибралтар миллионы людей в то время было нереально. Этот демографический сдвиг произошел не за счет миграции, а за счет массового перехода местной иберийско-вестготской знати и крестьян в Ислам — так называемых мувалладов.

Так же, мовременные исследования останков из мусульманских кладбищ Валенсии, Жироны, Сеговии и Гранады показали, генетически представляют собой коренных иберийцев.

Случай Испании уникален тем, насколько наглядно он демонстрирует, как функционирует "историческая память" — это не объективная картина прошлого, а своего рода фильтр, идеология определяет не только то, что нация должна помнить, но и тех предков, которых она обязана забыть.
Католическая, а позднее националистическая, версия истории заставила целую нацию отречься от восьми веков собственной истории, объявив своих биологических предков "иностранными оккупантами" просто потому, что они молились на арабском языке.

Европейские языки теряют популярность у российских студентов. Сегодня более востребованными становятся китайский, хинди, турецкий и фарси. Такую динамику зафиксировали во Всероссийской академии внешней торговли при Минэкономразвития.

Обнадеживает...?