В 1950-х годах в СССР музыку записывали на человеческие кости. Для изготовления подпольных пластинок за свою дешевизну и доступность использовались списанные рентгеновские снимки. Методом кустарного копирования распростанялась музыка Элвиса Пресли, Билла Хейли, эмигрантские исполнители вроде Петра Лещенко и Александра Вертинского, а позже — Beatles и Rolling Stones. На снимке нарезали звуковые дорожки, вырезали круг, прожигали отверстие — и получалась пластинка.
На прозрачном диске проступали тазовые кости, позвоночники, сломанные лодыжки советских граждан. Музыка Элвиса могла оказаться записана поверх грудной клетки неизвестного советского рабочего. Вертинский — поверх чужого перелома. Джаз — поверх снимка позвоночника. Получался почти беньяминовский объект: на одном носителе случайно соединились две истории, которые никогда не должны были встретиться. Чей-то медицинский документ. И чья-то запрещённая песня.
Это вообще характерная логика советской материальной культуры — люди постоянно использовали вещи «не по инструкции». Рентгеновский снимок создавался для диагностики болезни, его функция — показать внутреннее устройство тела. Но в условиях дефицита люди увидели в нём не медицинский документ, а дешевый лист пластика.
Из таких деталей складывается культура — она начинается в тот момент, когда вещь перестают воспринимать только через её официальную функцию:
От советских любителей джаза и рок-н-ролла не ускользнула ирония, заключенная в них (отсюда и название «рок-н-ролл на костях» и «на ребрах»). Эти объекты давали возможность одновременно слушать крайне необычные музыкальные звуки и рассматривать не менее необычные визуальные образы — и те и другие были недоступны обычному слуху и зрению, без помощи специальных технических и социально-культурных «технологий »: рентгеновских аппаратов, горячих сапфировых игл, связей с иностранными туристами, тайного провоза пластинок через границу и так далее.
Как писал Василий Аксенов, когда в рентгеновских изображениях анонимных ребер и альвеол «поселилось откровение о том, что: Every cloud must have a silver lining...», внутренности советских тел стали частью домашнего уюта.
Алексей Юрчак «Это было навсегда, пока не кончилось»
Cпустя полвека формат рок-н-ролла на костях стал ещё и частью художественной памяти: художники и музыканты сознательно возвращаются к этой технологии уже как к культурному жесту. В 2019 году Massive Attack и ряд других музыкантов приняли участие в проекте The Library of Dangerous Thoughts, в рамках которого музыкальные записи вновь были выпущены на рентгеновской плёнке — уже не как вынужденная альтернатива официальным носителям, а как обращение к истории этого медиума.
Рок на костях объединил в себе две технологии обнаружения невидимого. Человек одновременно смотрел и слушал то, что существовало рядом, но оставалось вне поля зрения и слуха системы.
#ИгольноеУшкоЛогоса