С мая по ноябрь 1937 года в Париже проходила Всемирная выставка, она же «Международная выставка искусства и техники в современной жизни». Как и ранее, события, павильоны, экспозиции и участники выставки привлекли массу внимания, хотя общие настроения не были праздничными, и многие современники
В Италии таким осмыслением, среди прочих, занимался художественный критик, теоретик искусства, писатель, журналист и музыковед Карло Белли. Собрав энную сумму денег и пару-тройку друзей, он поехал в Париж, эту колыбель и славный приют всего творческого, а порой и прогрессивного. Белли, естессно, ехал за последним - хотел увидеть, мысленно объять и проникнуться новым искусством, которое переросло предметность и стало подобным звучащей музыке, которая прекрасна сама по себе, без сюжета, без героя, без образа.
Сказать, что с оценками и мнением Белли я спорила бы до хрипоты и даже, возможно, попыток физического внушения - ничего не сказать (шутка ли, ему не нравится Сутин!). Однако читать его очень интересно. И кажется, именно он сумел ухватить и прочувствовать тот короткий период, когда новое искусство становилось новейшим… Цитатно.
* После обеда направляемся в галерею «Же-де-Пом», на выставку… На стене напротив Брака висят одиннадцать великолепных работ Пикассо. Я останавливаюсь в центре зала, переводя взгляд то на Брака, то на Пикассо. Последний наделён всеми худшими качествами гения. Это дьявол, который творит что хочет… Беспорядочный, аморальный гений, одержимый собственной властью, неспособный найти себе равного в совершении добра и зла, и потому одинокий бог, рождённый по ошибке… Я уже писал, что у Пикассо душа Люцифера - одновременно и ангела, и демона. Из этого чудовищного конфликта с самим собой и рождается его творчество…
* Поспешно ужинаем на улице Клиши, близ Théâtre de l'Œuvre. Сегодня вечером там дают «Рыцарей Круглого стола» Кокто, в ролях - Люсьен Паскаль, Жан Маре, Ив Форже и другие. Декорации и постановка автора. Костюмы Шанель.
* … парижская мэрия представляет обширную панораму независимого искусства за последние сорок лет - с 1895 по 1935 год. Сорок лет! От вершин импрессионизма до абстрактного искусства. Огромный путь, сгусток энергии, освобождающей человеческую мысль, к которому будущие столетия будут питать большое почтение…
* Покидая великолепную выставку «Шедевры…», снова вспоминаю слова Джино: «Может, Ван Гог и большой художник, но во французской живописи он ошибка»… Брак, Матисс и даже Пикассо, вначале писавшие в манере Сёра, попали под влияние Ван Гога и вернулись к французской традиции, лишь создав собственный мир и покинув мир Ван Гога…
* После обеда мы приглашены к Кандинским… Я задаю [Кандинскому] пару вопросов:
- Как вы стали… Кандинским?
- Я всегда размышлял о музыке. Бах поразил меня в самое сердце, и я решил, что стану художником. Понимаете? Я задавался вопросом: как музыка может существовать сама по себе, не имея предмета изображения?.. «Необходимо добиться того же эффекта в живописи», - воскликнул я…
Говорим о Бахе. И вдруг [Кандинский] спрашивает меня:
- Послушайте, а как вы стали… Белли?
- Бах.
- Прекрасно.
* * *
Хорошая книжка.