А ведь сегодня день рождения Егора Летова. Если бы он значился среди живых, то праздновал бы 62 года. Но Летов не дожил и до 44-х: впервые слетал в Иерусалим, "крестился" в реке Иордан, а потом прилетел в холодный Омск и однажды не проснулся. И, действительно, не было никого, кто бы это опроверг.

И вот что я хочу сказать. “Гражданская оборона” Егора Летова — это, разумеется, никакая не группа, или, точнее, не просто группа. ГО не поддается каким бы то ни было определениям. Это и не субкультура, и не идеология и уж, тем более, не “русский рок” от чудаковатого интеллектуала из Омска. Возможно, ГО — золотой ключик, открывающий двери, за порогом которых начинался праздник и приключения. Для всех разные: мистические, политические, культурологические, абстинентно-наркологические или, как нередко бывало, все эти приключения обрушивались на голову разом, как внезапная гроза или удар по затылку тяжелым разводным ключом.

Предположим, в обычной серой панельке на окраине Челябинска, Омска, Москвы или Череповца жил студент ПТУ или филологического факультета Петя, Олег или Саня. Этот условный Петя, Олег или Саня был обычным человеком: смотрел телевизор, ел пельмени. Но однажды — щелчок: Летов пронзительно затянул цитату Бертрана Рассела “Вечность пахнет нефтью”, наполняя её еще более чудовищным, нутряным, булькающим и жутким смыслом.

Пятнадцать минут напряженного летовского вокала, и Петя, Олег или Саня уже катится под горку. Летит с развеселым улюлюканьем и свистом в терновый куст или в "пионерский" костер. В запрещенную Минюстом партию НБП, в тюрьму, в маргиналы-поэты, в подворотню и в монастырь.

Летов был как компас, стрелка которого постоянно указывала на север, следуя за ней, всегда приходишь в дремучий лес...или на Курский вокзал к Венечке нашему Ерофееву, пить с ним херес и есть вымя.

Неслучайно аббревиатурой летовского ансамбля стало слово ГрОб. Человека убивали аудио-кассеты со странными психоделическими коллажами не хуже ножа и портвейна. Но тем интересней их было слушать.

Однако шли годы, Летова со временем деконструировали, вписали в пространство мета-модерна и даже еще до СВО записали трибьют на ГО, в котором приняли участие модные молодежные исполнители. Гречка, Noize MC, Слава КПСС, Animal ДжаZ, Ленинград и другие коллективы разной степени известности.

Артисты исполняли летовские песни и, возможно, моргали, как те последние люди у Ницше. Они моргали, а Летов таки угодил в пресловутую мышеловку о которой когда-то кричал и от которой бегал всю жизнь.

В принципе, мышеловка страшно лязгала железяками еще во время первых, прижизненных трибьютов ГО, но в те годы Летова не исполняли хором постоянные читатели The Village в модных штанах, которые, хоть убей — не готовы прыгать через "пионерский" костер и катиться под горку. Спустя пару лет после выхода трибьюта почти все они покатились кубарем в Тбилиси и КЫргЫзстан. А перед этим горланили "Мою оборону" по дороге на митинги сытых и лоснящихся мещан, желающих быть еще жирней и румяней.

По большому счету, ничего нового. Че Гевара тоже боролся против капитализма, а в итоге спустя 50 лет даже в студеной России его портрет печатают на шапочках для бани. “Пластмассовый мир победил”, что ж. С другой стороны, меня не покидает глупый и, в общем-то, неуместный с логической точки зрения вопрос.

А вот, если бы Егорка наш все-таки проснулся 19 февраля 2008 года? Закодировался бы, пошел бы пешком по монастырям, начал бы закаляться и делать присяд со штангой, в общем, выжил бы, то что тогда? Уехал бы он в 2022-м, как Макаревич или Гребенщиков?

"Боже мой, что за вопросы, — говорю я сам себе и больно кусаю свой локоть в наказание за малодушие и сомнения. — Егор бы побывал в каждой части, исколесил бы на "буханках" весь фронт от Купянска до Крынок и везде бы его принимали как родного".

Так вижу. А еще, как на гала-концерте в Киеве ему подпевает весь русский мир — живой и мертвый:

"...Шальные искры канули в золе.
На моей земле пахнет горечью.
Будет новый день,
Ясный светлый день.
Костры и зв"зды вымокли дотла
На ночной росе, на сыром ветру.
Будет новый день,
Ясный светлый день..."