𝘁𝗮𝗴𝘀:#зарисовка ;от Харуми「🖤」
!; ➖➖➖➖➖➖
➖➖➖➖➖
🪦🤩🪦🤩🪦🤩🪦
Ночная тишь. Город слегка оживлён, дома все еще горят огоньками, изредка слышатся крики и смех в переулках. Но не в коттедже, конечно. Тот отделен от, казалось, всего мира.
Осаму прикрывает глаза от чувства приятного, находясь в теплой воде. Бирюзового цвета подсветка отсекала территорию джакузи. Чуя взял с бортика бутылку вина и налил в бокал. Бордовая жидкость разлилась по стеклянным бортикам.
— Так горячо выглядишь, — обронил он, слабо ухмыляясь, — Знаешь, тебе бы безумно подошло кружевное бельё.
— Заткнись, идиот, — Дазай откинул голову, — Я не хожу в этом позорном дерьме. Я мужик.
— Очень красивый, — Чуя подплыл и положил широкую ладонь на его бедро, поглаживая его под водой.
— Бляха, убери, — Осаму оживился. Он посмотрел на него напряжённо, но руку не трогал.
— Мы же давно не занимались этим, — Чуя наклонился к его уху, роняя горячий шепот куда-то внутрь шатена, — Я слышу, кстати, как ты дрочишь в туалете. Если честно, просто хотел посмотреть, опустишься ли ты до того, чтобы просить об этом.
— Ни за что.
— Мм, представлял, как я долбил тебя? — Чуя с широкой улыбкой перемещал руку ближе к заветному месту сзади.
— Нет, сука, заткнись... — огрызнулся Осаму, краснея. Конечно, да.
Накахара ввёл пальцы в мягкую дырочку, аккуратно проталкивая их подальше. Дазай всегда любил грубости.
— Мхах... — Осаму зажмурил один глаз, — Че-ерт...
Чуя пристрастился губами к его шее, стараясь не пропустить ни единого сантиметра. Пальцы ритмично разрабатывали проход. Хотя, надо ли? Тот уже давно разработан. Возможно, над этим горбились каждую ночь.
— Ты вставлял в себя пальцы, вспоминая меня, — Чуя начал оставлять засосы, — Отлично.
— А-ах! — Дазай придвинулся ему навстречу, насаживаясь на фаланги. Чуя улыбнулся.
— Какой жадный, — он поднял мужчину и усадил на себя, — Что ж, не будем тратить наше драгоценное время на прелюдии. Ты так сильно сжимаешься.
Дазай закусил губу, посмеиваясь в ответ. Он смотрел на Чую с необдуманной смелостью и тянучим желанием, отзывающимся внизу живота. Он любил контролировать процесс, оставляя Чуе лишь жгучее наслаждение. Налитая кровью головка проскользнула совсем не немного, заставив Осаму прогнуться в спине от предвкушения. У него самого член слабо подрагивал, жаждя большего. Тонкие нити предэякулята смешивались с потоками теплой воды. Шатен закатил глаза, вбирая в себя длину. Он обожал секс, особенно с Чуей.
— Извините, что насчет заказчика? — охранник заглянул в комнату. У него комок в горле встал от зрелища.
— Свали, — зарычал Чуя, держа трясущиеся бедра возлюбленного, — Я потом решу, свали!
Он взглянул на поплывшее лицо мужчины. У того глаза блестели на стонущего Дазая, что вызвало волну злобы.
— Я сказал пошел нахуй отсюда!
— А... Да, извините... — охранник оторвался от транса и поспешил оставить их наедине.
— Что это было? — с интересом спросил Осаму, держась за его плечи и слабо двигаясь. Он отчетливо заметил перекошенное от недовольства лицо, ревностный скрип зубов.
— Заткнись, сученок, и принимай глубже, — Чуя сдавил его талию и опустил, посадив на всю длину. Дазай застонал, продолжая смотреть на него. Теперь смутно, — Жду не дождусь, когда увижу твой рот на члене.
Множество стонов и криков успели вылететь из комнаты с джакузи, прежде чем ее покинули мужчины. Чуя вынес Дазая на руках, пока тот обессиленно прижимался к нему, позабыв о своем великом эго. Три ночи. Рыжеволосый оставил его на широкой кровати и отправился в покои телохранителей.
— Эй, ты, — Накахара остановился у входа, раздражённо смотря на охранника, который распластался на диване. Тот подскочил.
— Да?
Чуя подошел к нему. Его трясущиеся от эмоций плечи говорили о том, что даже лишнего неблагосклонного взгляда будет достаточно.
— Какого хрена ты так пялился на Осаму сейчас? — он склонил голову вбок.
— Что вы, я не пялился, — охранник занервничал, — Просто... У меня давно не было этого, и я...