И в продолжение темы грубости. Как раз на днях в «Люди, годы, жизнь» Эренбурга прочитал про его возвращение из Парижа на родину после революции:

Поезд прошел немного и остановился на полустанке. Солдаты штурмовали переполненные вагоны. Кто-то сказал, что везут царских охранников. Солдаты улюлюкали, один крикнул мне: «Вот поставят тебя к стенке, это тебе не шампанское…» Офицер показал на меня даме: «Видишь - в шляпе - еще один «пломбированный». Хорошо, что сразу сцапали…»

Поезд двинулся и сейчас же остановился возле домика стрелочника. Маленькая девочка загоняла гусей. У нее была жиденькая косичка с ленточкой. Она посмотрела на меня: я улыбнулся и в ответ увидел ее застенчивую улыбку. Мне сразу полегчало.

Бабка на площадке истошно кричала: кто-то украл у нее мешок с сахаром. «Перебить их нужно всех»,- сказал старик в парусиновом пиджаке. Я не стал гадать, кого он хочет перебить - воришек или спекулянток; я вдруг обрадовался: все кругом говорят по-русски!