Всем этим приезжим купцам требовалось подворье и ночлег, и тогда все наши дома на улице сдавались внаем. В нашем доме всегда останавливалась одна и та же купчиха из Кургана. Чай любила невероятно. Специально, только для нее, ставили большой самовар. А мы, ребята, забирались на полати, нам дарили сладкие пряники, и мы их там с упоением грызли.
Получается очень узнаваемая картина старого Челябинска: приезжая купчиха, большой самовар, дети на полатях и пряники, привезенные или купленные в городе к чаю.
Пряник использовали даже как официальный праздничный подарок. В начале 1913 года по Российской империи проходили торжества в честь 300-летия дома Романовых. Челябинским школьникам тогда выдавали кульки с пряниками, конфетами и сухофруктами. То есть лакомство присутствовало и на семейном празднике, и на площади, и в государственном юбилейном наборе для детей.
Особенно заметным было предприятие П. М. Высоцкого и И. К. Полякова в доме Покровских на Большой улице. К 1915 году адрес-календарь уже прямо относил это предприятие одновременно к трем категориям: булочная, кондитерская и пряничная. Это хорошо показывает, что произошло с прежним специализированным ремеслом. Пряники никуда не исчезли, но их производство все чаще соединялось под одной крышей с выпечкой хлеба, конфетами и другими сладостями.
Насколько доступным было это лакомство? В декабре 1913 года справочная торговая цена в Челябинске составляла 13 копеек за фунт пряников (ок. 450 г.). Для сравнения, в той же ведомости пуд (16 кг) конфет стоил 7 рублей 60 копеек. Пряник оставался достаточно простым массовым продуктом к чаю, а не только дорогим подарочным изделием.
Даже Первая мировая война не вытеснила пряничные заведения из городской хозяйственной статистики. 7 февраля 1917 года, когда Челябинск уже столкнулся с серьезным мучным кризисом, городская нормировочная комиссия и продовольственный комитет обсуждали, сколько зерна необходимо оставить городу. По продовольственным карточкам население тогда оценивалось в 67 тысяч человек. Для непосредственной продажи жителям требовалось ежемесячно 65 тысяч пудов муки, а еще 49 тысяч пудов – для пекарен, булочных и пряничных заведений. В разгар войны, дефицита и споров о снабжении власти по-прежнему отдельно называли пряничные заведения наряду с пекарнями и булочными.
Именно эта деталь, пожалуй, лучше всего показывает место пряника в старом Челябинске. Это было не экзотическое лакомство, появлявшееся несколько раз в году. Пряниками торговали в десятках точек, ими занималась отдельная группа ремесленников, профессия имела мастеров, подмастерьев и учеников, пряничные размещались в купеческих домах, а позднее входили в состав крупных кондитерских предприятий.
И одновременно пряник оставался частью городской повседневности. Его давали детям, ставили на праздничный поднос, вешали на рождественскую елку, продавали с телег на пасхальном гулянье, подавали к самовару и клали в официальные праздничные подарки школьникам.
Поэтому старый Челябинск вполне можно назвать еще и городом пряничников. В 1863 году документы знали всего трех мастеров. Спустя полвека их ремесло давало работу примерно пяти десяткам человек, а городские власти в феврале 1917 года рассчитывали потребности пряничных заведений в муке вместе с основными пекарнями города.
На фото:
1. сведения о пряничном предприятии, 1909 г., из справочника В. Весновского «Весь Челябинск и его окрестности»,
2. особняк И. Антонова с лавкой (Труда, 73 и 73А), ок. 1973 г., ЦИКНЧ.
По материалам Н. А. Алексеева, Н. А. Антипина, В. С. Боже, Д. Г. Графова, Ю. В. Латышева, В. А. Протасова, Г. Л. Рачкова, Г. Х. Самигулова, Е. П. Туровой, а также ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 286; Ф. И-3. Оп. 1. Д. 376; Ф. И-3. Оп. 1. Д. 798; Ф. И-3. Оп. 1. Д. 913; Ф. И-3. Оп. 1. Д. 961; Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1170; Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1207).