Внезапно на страницах романа-прощания Джулиана Барнса «Исход(ы)» встречаю Трампа.
— Ааа, ну с этим все понятно,— думаю я и все-таки лезу перепроверять этот факт.🔽
Я уже вам говорил, что пообещал Стивену и Джин никогда о них не писать. Нет, хуже того: я дал клятву.
Поклялся на Библии. Мыслимое ли дело, в двадцать первом веке? Похоже на некоторые президентские клятвы. Помните первое приведение к присяге Дональда Трампа? Его предупредили, что перед ним будет та самая Библия, на которой его бесчисленные предшественники клялись не нарушать конституцию.
Он ответил - бунтарь, бунтарь! - что предпочел бы воспользоваться своей личной Библией. (Видимо, у него имелся старинный экземпляр «Библии нечестивых» - выполненная в 1631 году перепечатка Библии короля Иакова, где по недосмотру наборщика седьмая заповедь читалась как «Прелюбы сотвори». Тогда это было бы к месту.) Короче, возникло противостояние, но в конце концов было решено, что хранить верность конституции и всему остальному он поклянется на обеих Библиях. И все мы убедились, как двойное количество Библий удвоило его благочестие на этом высоком посту.
Теория о двойной дозе благочестия так классно все объясняла, но оказалось, Трамп — далеко не первый из американких президентов, кто клялся на двух Библиях. До него это были Трумен, Эйзенхауэр, Никсон, Буш-старший, Обама.
Выходит, дело всё-таки не в количестве Библий. Как и всегда — в количестве совести.