ЧАДАЕВ

Ушкуйное. Когда Флэш рекламирует нашу Ариадну, я начинаю всерьёз думать — то ли ему рекламный бюджет уже выделить (но есть риск сесть за финансирование ВСУ), то ли скорректировать приоритеты по проектам. Почему-то пока он не написал, наши здешние начальники особо не реагировали, да и мы её не форсили, придерживали на будущее, на весеннюю коллекцию следующего года, зато теперь резко всем нужно стало. Кстати, данные по Ариадне он нарыл из презы полугодовой давности, там с тех пор кое-что поменялось в лучшую сторону. Сейчас ключевой вопрос — сделать её ещё и максимально дешёвой, чтобы можно было быстро разворачивать. Ну а Флэшу в целом респект, бдит.

Как вы уже поняли, мне всегда хотелось, чтобы выбор был именно между программами и идеями, а не персоналиями. Глубоко наплевать, Петров или Сидоров будет сидеть в зале и жать кнопки, и уж тем более неинтересно, кто из них вор и негодяй, а кто почему-нибудь нет. В этом мои воззрения могли бы, наверное, совпасть с Партией прямой демократии, но, в отличие от этих _идеалистов_ (прости, Саша )), я понимаю, почему такая модель это утопия даже не в краткосрочной, а в среднесрочной, а может и долгосрочной перспективе.

Прямая демократия если и возможна как работающая модель, то только при, как минимум, одном условии: жесточайший ценз для участников процесса. И не имущественный или ещё какой-то, а в первую очередь образовательный. Ты должен сдать экзамен и показать свой уровень понимания тех сфер, которые предполагается регулировать механизмами ПД. Бытового «здравого смысла» тут категорически недостаточно.

Могут, конечно, спросить – а как же депутаты? Многие из них, мягко говоря, не семи пядей во лбу. Но в том-то и дело, что на них (а во многом и за них) работает огромный и недешёвый механизм парламента, который позволяет даже артистам и космонавтам более-менее понимать происходящее; и то в очень ограниченных пределах, уж поверьте бывшему советнику председателя Госдумы. Кстати, в бытность советником я регулярно по поручению Володина занимался организацией Больших парламентских слушаний по разным острым темам, причём в первую очередь для того, чтобы депутаты хотя бы что-то поняли в том, что собираются регулировать.

Кстати, в те времена был один проект, который мы в то время не вытянули по ресурсам (кадровым в первую очередь), но очень хотелось бы когда-нибудь к нему вернуться. Делали мы его тогда совместно с Александром Ведяхиным, ныне замом Грефа и большим человеком. Речь шла об использовании современных технологий в предварительной оценке регулирующего воздействия. Проще говоря, перед тем, как принимать тот или иной закон или поправку, попробовать построить виртуальную модель того, как эти изменения скажутся на регулируемой сфере, и оценить результат.

Пилот делали на самой понятной для машин регуляторной системе – правилах дорожного движения. Построили модель, в которой можно было бы, меняя переменные – от ограничений скоростного режима до стоимости платных парковок – моделировать, как это отразится, например, на пропускной способности дорог, пробках, уровне сборов и штрафов, аварийности и уровне недовольства граждан. Идея была в том, чтобы, ещё до принятия любого закона, с высокой точностью смоделировать последствия его применения – от управленческих до социологических. К сожалению, ИИ в те годы делал лишь первые робкие шаги, а на одних алгоритмах такую историю поднять было слишком сложно. Но в дальнейшем, думаю, не помешало бы сделать такой сервис – на сегодняшних технологиях сделать это гораздо легче.

Почему это важно? Потому, что депутаты и партии, формулируя позицию по тому или иному закону, опираются либо на «идеологию», либо на чей-то опыт (у кого какой есть), либо, чаще всего, на мнение какого-нибудь начальника из исполнительной власти. Ну или там, где это дозволено, идёт борьба лоббистских групп, проталкивающих ту или иную норму. Но будь я на месте депутатов, я бы в первую очередь попытался понять, спрогнозировать, а что на самом деле будет, когда норма заработает. Проще говоря, что произойдёт, когда благие намерения нормотворцев столкнутся с суровой реальностью. И если есть техническая возможность построить более-менее точный неангажированный прогноз – обязательно бы ею воспользовался.

Да, понятно, что есть sim2real-gap, разница между виртуальной моделью и её практической реализацией. Но модель можно и нужно учить, увеличивать количество факторов, учитываемых в анализе. Думаю, рано или поздно это всё равно будет сделано, но вопрос кем и когда. P.S. Вот доклад, который я делал по теме ещё в марте 2018.

В ипостаси избирателя я категорически не хотел и не хочу соглашаться на этот «женский» сценарий выборного ритуала. Я не хочу, чтобы меня имели и тем более не хочу за это что-то получать; всё, что мне нужно, я сам возьму. Мне хочется участвовать именно в том, в чём большинство участвовать отказывается: в определении вектора политики, стратегии и принципов того, как будет управляться государство и что оно собирается делать; в первую очередь в тех сферах, в которых я что-то понимаю или думаю что понимаю.

И главный вывод, который был сделан, что именно в роли избирателя возможность повлиять на это минимальна, исчезающе мала, близка к нулю. И если хочется именно влиять на политику, то надо это делать из других ролей. Вопрос, из каких именно.

Один из принципов, усвоенных в ходе проживания долгой политической биографии, выглядит так: наилучшая позиция влияния на процессы – далеко не обязательно совпадает с самой верхней. Её надо специально искать, она всегда неочевидна и всегда ситуативна. Влиять можно публично и непублично, причём бывают ситуации, когда первое работает лучше, чем второе, а бывает наоборот. Иногда надо жечь глаголом с экранов, иногда самому браться и делать руками, иногда писать докладные куда следует и потом приделывать им ноги, чтобы они не потерялись, и это далеко не полный список вариантов.

Влияют ли деньги? Да, несомненно; но вся история путинской эпохи – про то, как система последовательно добивается уменьшения их влияния. Тоже разными способами, но достаточно неуклонно. Если в 90-е представитель крупнейших олигархических структур (по иронии истории, в такой роли тогда подвизался в том числе и В.Сурков) мог прийти с чемоданом денег прямо в Думу и там скупить нужное количество депутатов, обеспечивая комфортное заказчику голосование, то уже в нулевые такой сценарий стал невозможен.

Но остался, конечно, сценарий «делегирования» своих людей в списки Главной Партии, а кто калибром не вышел, можно и в неглавные; в обоих случаях в обмен на спонсорскую помощь. Но это тоже от цикла к циклу уходило в прошлое, по мере того, как частный олигархат теснили госкомпании; и это приводило к тому, что окно кассы также становилось единым, и уже не они чего-то там хотели, а им говорили, куда и сколько отгрузить.

В последние годы уже и это стало ненужным; просто сколько ни отгружай, к влиянию на результаты голосования ты не приблизишься – голосовать всё равно будут не так, как ты скажешь (даже «своим»), а как начальство решит. Это, понятное дело, привело к резкому проседанию «рынка».

Влияние админресурса тоже стало меняться. Поскольку стало непонятно, админресурс это, собственно, кто. Были времена, когда ключевые голосования отруливались напрямую из УВП АП, и роль зама его главы по взаимодействию с Госдумой была одной из ключевых. Но сейчас проще: ни одно голосование ни по одному законопроекту, связанному с бюджетными тратами, не может получить одобрения без положительного отзыва от правительства. А «несогласованные» депутатские инициативы такого рода почти всегда автоматом получают отрицательное. Поэтому, собственно, депутатам и остаётся только придумывать, что бы ещё запретить – это, по крайней мере, не требует бюджетных расходов. В части же реального управления у нас всё просто: исполнительная власть – она же сама себе и законодательная; привет товарищу Монтескьё.

Влияют ли медиа? Да, но по-хитрому. У начальства эпохи Путина, начиная с самого Путина, есть железобетонный принцип: никогда не прогибаться под давлением. Это значит, что самый верный способ сделать любую, даже сомнительную аппаратную инициативу гарантированно проходной – инициировать против неё бурную публичную кампанию. Так, чтобы дать начальству повод в очередной раз продемонстрировать позицию «собака лает – караван идёт».

Влияют ли эксперты-консультанты-советники? Да, но только в той части, где происходит подготовка решений, а не их принятие. Начальство, как и фронт, любит готовые решения, выбор из уже имеющихся и структурированных вариантов. В устах того же Путина самая неприятная для любого из подчинённых реакция – «вопрос не готов». Поэтому «вопросы» стараются именно «готовить», максимально тщательно и заранее, а поскольку времени на это никогда нет, чаще всего это как раз и отдаётся на откуп разной консультантской братии. Едва ли не в каждом министерстве есть департамент по законотворческой деятельности, но при этом ключевые проекты всё равно пишут разные конторы на аутсорсе. Раньше на этом много рубили «консалтеры» из Большой Четвёрки; сейчас, понятное дело, это несколько «импортозаместилось», но люди остались те же.

Занимаясь выборными технологиями на практике, я уже в 90-е, на первых своих кампаниях в первые созывы ГД, вынужден был скорректировать многие свои представления о формуле «народ как источник власти».

Главное, что мне было непонятно тогда. Вот, допустим, есть партии, кандидаты и их предвыборные программы. По идее, сознательный избиратель изучает их, сравнивает между собой, выбирает ту, которая ему ближе и отдаёт за неё свой голос. И результат выборов это сумма таких сознательных воль, а политика есть результат её практической реализации.

«На земле» оказалось совершенно иначе. Сознательно выбор делает ничтожное меньшинство голосующих – типа такие фрики, как я. Большинство выбирает по-другому. Кому-то сказал начальник. Кому-то дали немного денег или просто бутылку. Кто-то до всякой кампании знал, за кого он будет и не собирался вникать.

Но даже и те, кто не слушает начальника, не покупается за бутылку и не «знает заранее», руководствуются очень странными критериями при выборе. Начиная от внешнего вида кандидатов и заканчивая ориентацией на "выбор" каких-нибудь бессмысленных певцов ртом, привлекаемых на предвыборные концерты опять-таки за гонорар.

Женское голосование – а это едва ли не 60% у нас – вообще капец полный. У них, видите ли, чуйка, они как будто женихов выбирают – типа все врут, но вопрос кто врёт красивее; кто «нас» будет «любить», а кто нет; кто нам добра желает, а кто зла – и тому подобная дичь. Моя знаменитая мизогиния – она изначально именно оттуда родом, из анализа кампаний, в которых побеждали не те, кому удалось убедить людей доводами разума, а те, кому удавалось буквально «соблазнять» голосующих. Думая об этом, я понял, что все политические трактаты, написанные до эпохи суфражисток, можно смело положить на полку и забыть – они были написаны в мире, где выбирают мужчины и из мужчин.

Причём важно различать женское голосование в обществе, где большинство женщин замужем в патриархальных семьях, и в нашем нынешнем, где даже замужние (а это далеко не все) никак не зависят от мнения своих мужчин – они, по сути, сами «замужем» в первую очередь за властью, и только во вторую за своими мужьями. И вопросы у них к этой самой власти вовсе не о том, какой будет политика государства в той или иной сфере, а про то, что им «дадут», когда и в какой форме. Причём и биологические мужчины тоже приучаются ставить вопрос так же.

Выборный цикл в таких условиях начинает становиться похожим на форму обновления своеобразного брачного контракта, причём в самой прямой форме – вы нас снова многажды поимеете, мы это знаем и к этому готовы, но вопрос: что нам за это будет? И ни у Аристотеля, ни у Макиавелли, ни у Монтескье, ни у немцев-британцев-американцев, ни даже у Ленина про такое ничего, блин, не написано. Зато расписано в деталях у современных гуру пикапа.

После думских кампаний ’93, ’95 и ’99 практическое понимание уровня _несознательности_ коллективного выбора привело меня даже на время к желанию бросить вовсе эту стезю и заняться чем-то более практическим – в итоге я попытался уйти в коммерческий IT и за два года сделал портал rabota.ru. Но «офис» оказался совсем унылым местом, и я в итоге не утерпел – сбежал с трёхкратным падением доходов оттуда в политическую журналистику, продолжать искать ответы на свои столбовые вопросы.

А в русской политике ровно тогда, в начале нулевых, сменилась эпоха – вместо разнузданного буйства 90-х наступил путинизм первых сроков, и вместо ярмарки соблазнителей пришла воля начальства как главный и ультимативный фактор политического выбора. И пришлось заново понимать и перепонимать, как и что теперь работает.

Наивный 15-летний подросток, начитавшийся тогдашних газет, понял одно – чтобы в чём-то разобраться, надо учиться, и учиться самому – ни в одном вузе тебе не дадут ответов на самые важные вопросы, просто потому, что сами не знают; те, кто там преподают, такие же советские люди, ударенные по голове Перестройкой и потерявшие любую систему координат.

И что хватит читать газеты, там пишут идиоты для идиотов – пора читать толстые умные книги. При этом книги важны, но ещё важнее учиться непосредственно из жизни, стараясь оказаться как можно ближе к самому ядру власти – но не для того, чтобы её получить, а для того, чтобы лучше видеть. А книги покажут, куда, собственно, смотреть.

Собственно, именно поэтому я с того момента готов был работать кем угодно и на кого угодно во власти – лишь бы лично глазами видеть то, что для обычных граждан скрыто огромной цветастой кулисой медиа. У меня не было карьерных или корыстных амбиций, но был жадный исследовательский интерес – найти ответы на те вопросы, на которые никто не мог мне ответить в сентябре-октябре 93-го.

И всю последующую жизнь я их искал – в любой из множества ролей, в которых оказался. Я успел поработать в федеральном правительстве, в министерствах, в Госдуме как советник вице-спикера в 2000-м и спикера в 2016-2019, в АП, в руководстве «Единой России», в Общественной Палате, в ФЭПе Павловского, в разных региональных правительствах, в федеральных СМИ, в штабах нескольких партий и кандидатов на выборах от муниципального до федерального уровня, на президентских кампаниях.

Я старался не задерживаться ни на одном месте дольше двух-трёх лет, обычно это был достаточный срок для того, чтобы собрать ещё один кусочек паззла и идти дальше по своей исследовательской программе.

Съездил в Европу и в США по программам подготовки управленческих кадров – ещё в 90-е. Тоже кое-что понял про «там», помогающее разобраться «здесь». Съездил потом во множество стран мира, и далеко не только как турист. Собрал библиотеку на несколько комнат книг, пообщался вживую с разными мыслителями от Фукуямы до Талеба, сделал бесчисленное количество интервью как журналист. Полезным «университетом» оказалась блогосфера – во всех этапах её становления, начиная с эпохи ФИДО, интернет-форумов, ЖЖ, фейсбука и телеги.

Наверное, тому 15-летнему подростку с баррикад у Верховного Совета мне теперь многое есть что ответить. И на его вопросы, и на другие, которые он даже тогда и не умел задать. В первую очередь – про выборы, парламент, демократию, государство и государей. А главное – про то, что такое общество и как его устройство связано с тем, что такое человек.

Завершился ли этот затянувшийся на десятилетия период «ученичества»? Видимо, и сейчас ещё нет; просто в последние годы сложно стало находить учителей. Я имею в виду тех, кому действительно интересно задавать вопросы так, чтобы они отвечали что думают, а не заготовками для медиа. Больше всего таких людей сейчас я встречаю, как ни странно, на войне или рядом с войной – она оказалась великим проявителем сути вещей. И, в частности, сути власти.

Я обещал про демократию, выборы и парламент – дальше поговорим предметно как раз про это.

У меня приближается полоса памятных дат. 30 сентября мне стукнет 48, и, так уж совпало, ровно три года исполнится «Ушкуйнику». А потом 4 октября – 33 года событиям у российского Белого Дома, после которых у меня, собственно, кончилось детство и началась взрослая жизнь.

Но эта дата тесно связана с завтрашней – 21 сентября 1993 года президент Ельцин опубликовал Указ №1400 о роспуске парламента, прекращении действия Конституции и объявлении новых выборов одновременно с референдумом по новой же Конституции – как если бы она уже была принята и действовала.

Промучившись сутки в попытках получить ответы на вопросы, что, собственно, произошло и почему, 22 сентября 1993-го я, на тот момент подросток неполных 15 лет, пришёл на баррикады к Верховному Совету – защищать демократию от «главного демократа».

Сегодня же – последний день выборов в Госдуму, уже девятых по счёту, и первых в моей жизни, в которых я не работаю на кампании как политтехнолог – во всех предыдущих восьми я так или иначе участвовал в тех или иных штабах. Впервые для себя за весь этот период наблюдаю кампанию лишь со стороны… ну, почти со стороны. Всё-таки я вхожу в центральный совет «Новых Людей» и, конечно, болею за их успех.

Но всё же сейчас не про сейчас, а про тогда.

За эти сутки – между 21 и 22 сентября – у меня в голове случилась тотальная переоценка всего, всей тогдашней картины мира. Я ведь до того момента был за Ельцина и «демократов» в их противостоянии с ВС РФ, первые в моих глазах были теми, кто ведёт страну вперёд, а вторые – теми, кто тащит назад. Но ультимативный роспуск парламента я не принял категорически – мне он показался тотальной изменой базовым принципам, самой идее демократии.

Демократия, рассуждал я тогда, это в первую очередь право граждан на выбор, а тут никакого выбора не оставили. И, значит, никакие они не «демократы», это просто красивый лозунг на знамени, а на самом деле там диктатура и навязывание воли сверху. Ну и то, что Запад их поддерживает – для меня это означало, что не хочет он у нас никакой «демократии», а просто хочет, чтобы правили удобные и понятные ему люди. Тотальное избавление от иллюзий.

То, что ВС РФ тогда состоял из весьма пёстрой публики, ходившей под самыми разными экзотическими знамёнами, описанными пропагандистским термином «красно-коричневые», для меня под этим углом перестало иметь значение. Их выбрали люди, и если ты «демократ», уважай их выбор, каким бы он ни был.

Я принял очень деятельное участие в тех событиях, несмотря на возраст. Про это есть разные воспоминания, и не только мои, но и, например, депутата ВС Аксючица, в чьём белодомовском кабинете мы печатали листовки на ризографе, и потом разносили их в толпу. У меня до сих пор хранится мегафон, который мне выдали носить с собой, чтобы депутаты могли использовать его на стихийных митингах. Я таскал мимо оцепления по подворотням разные штуки, сидел при свечах в заблокированном здании ВС, а 29-го, надышавшись «черёмухой» во время разгона у Краснопресненской, отлёживался дома, и до сих пор помню, как тогда было хреново.

После всего, после стрельбы, я ходил по окрестностям БД мимо ещё не убранных тогда трупов и никак не мог смириться с тем, что мы проиграли – как же так, ведь мы были правы и стояли за правое дело? И самой сильной мыслью, которая мне достроила картину, был тезис того же Аксючица – сработал русский монархический инстинкт. Народное сознание как бы решило, что единый центр власти, каким бы он ни был, всё же лучше, чем все эти разномастные вожди разных взглядов, собравшиеся в «парламенте», и это не обещало стране ничего, кроме «смуты». Пусть такой, пусть даже вообще полностью безумный – но всё же «царь».

Но это, опять же, ставило передо мной вопрос – а что же демократия?

Я специально тут рассказываю не то, как думаю сейчас, а то, как думал тогда, пятнадцатилетним подростком. Это как бы контекст. Потому что дальше хочу сделать небольшую серию постов про демократию, выборы, парламент и русского царя – уже от себя сегодняшнего.

Аудиоверсия подкаста «Чистота понимания».

Тема выпуска: Разговоры о личном.

Вместе с политологом и философом Павлом Щелиным разобрали, чем личность отличается от индивида и чего больше в современном человеке. Поговорили о православном понимании личности, о характере как основе человеческой уникальности и о том, как развитие характера может противостоять манипулятивным технологиям.

*В подкасте упоминаются: Арестович А. – внесённый Росфинмониторингом в перечень террористов и экстремистов; слова, относящиеся к движению ЛГБТ, запрещенному в РФ, деятельность организации признана экстремистской.
Предупреждаем: Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещён и влечёт установленную законодательством ответственность.

Видео • vk | youtube | rutube | telegram
#Чистота_понимания | #чистотапонимания | #ЧП

Разговоры о личном

Что такое личность: человек, индивид или маска?
Как личность связана с выбором и волей?
Какой характер помогает противостоять манипуляциям?

Вместе с политологом и философом Павлом Щелиным разобрали, чем личность отличается от индивида и чего больше в современном человеке. Поговорили о православном понимании личности, о характере как основе человеческой уникальности и о том, как развитие характера может противостоять манипулятивным технологиям.

Подкаст «Чистота понимания» — совместный проект с Семёном Ураловым о явлениях и событиях, с которыми мы сталкиваемся ежедневно и которые необходимо обсуждать. Модератор беседы – журналист Иван Князев.

Приятного просмотра!

vk | youtube | rutube
#Чистота_понимания | #чистотапонимания | #ЧП

Немного про «Чистоту понимания». Для чистоты понимания.

Мы ребята достаточно лихие и самостоятельные, многое себе позволяем говорить и делать из того, что другие боятся. Но мы не отморозки и понимаем пределы, в том числе собственной лихости. Ходить бывает склизко по камушкам иным, как учил нас Алексей Константинович Толстой.

Многие наши постоянные читатели-зрители-слушатели заметили, что в выборе тем для летних стримов и подкастов у нас стало больше «международки» и меньше «внутрянки». Это связано с простой вещью: отечественные администраторы, будь то в пиджаках или погонах, перед выборами становятся несколько более нервными, чем обычно. То, что позволено быку, когда он просто бык, перестаёт быть позволено Юпитеру, когда он превращается в Юпитера: это вопрос не роли, а фазы цикла, как у тётенек.

Но, как выяснилось опытным путём, в международной тематике тоже водятся граждане весьма обидчивые и злопамятные, и способные бурно реагировать на разговоры блогеров. Вот и нас внезапно записали в августе всем составом ЧП в азербайджанские уголовники – чисто по понятиям. Статус, понятное дело, уважаемый и даже в некотором смысле авторитетный, но несколько обременительный.

Поэтому мы решили от греха подальше как минимум на период до выборов в Госдуму РФ вообще обойтись без стримов, ограничиться только записными подкастами. Но выборы пройдут, товарищи чиновники и депутаты снова рассядутся в кресла и примутся заниматься важными государственными делами, и перестанут так уж внимательно смотреть, где там в интернете кто-то неправ.

А мы вернёмся – не только с подкастами, но и со стримами, конечно.

Про сами выборы я уже сказал, и вновь повторю. Голосуйте, руководствуясь в первую очередь эстетическими предпочтениями – чей вайб вам ближе, туда и ставьте галочку. Мой собственный выбор общеизвестен, но я его никому навязывать не собираюсь – это моё личное дело. Того же и всем желаю.

Ну и до встречи на стримах и подкастах «Чистоты понимания».

Есть материалы, которые ничего не хранят — они просто существуют. А есть те, что становятся хранителями. Смола — из вторых. Она застывает раз и навсегда, забирая в себя момент и вынося его сквозь время неизменным.

Мы привыкли думать о технике как о функции: дрон летит, снаряд поражает, оружие работает. Но у каждого предмета есть и другая жизнь — символическая. Обломки того, что должно было убивать, могут стать чем-то прямо противоположным — точкой сборки смысла, артефактом, который не разрушает, а связывает: настоящее с будущим, тех, кто был на войне, с теми, кто о ней будет только читать.

Поэтому мы в Ушкуйнике совместно с ветеранами Донецкого УПО «Электроаппарат» запустили серию сувениров. «Символ Победы» — кубы из эпоксидной смолы с фрагментами вражеских дронов-камикадзе, уничтоженных нашими бойцами над небом Донбасса. Работаем над тем, чтобы разнообразить наполнение.

И здесь есть, может быть, главный слой смысла. Эти кубы своими руками делают ветераны боевых действий с инвалидностью — вместе с гражданскими людьми с ОВЗ. Вчера одни защищали других. Сегодня они работают бок о бок и создают вместе уникальные вещи. Для «Ушкуйника» это не просто сувенирная линейка — это партнёрский проект с теми, кто прошёл войну и теперь превращает пережитое в память для других. Совместная работа, в которой каждая сторона вносит своё: они — опыт и мастерство, мы — платформу и голос.

Предзаказ открыт — каждый куб это не только память для вас, но и поддержка тех, кто его создаёт: https://nvgushkuynik.ru/artefact

Вещь может быть просто вещью. А может быть высказыванием. Футболка, например — не только форма, в которой удобно, это ещё и то, что ты выбираешь показать миру: во что веришь, на чьей ты стороне, что для тебя важно. Мы в «Ушкуйнике» запускаем линейку мерча — и вместе с ней новый сайт. Одежда с нашей символикой: футболки, худи — то, что можно носить каждый день не как атрибут, а как позицию. Часть заработанного с продаж, как и в случае с другими нашими проектами, идёт на поддержку тех, кто стоит за ними.

Что в этом полезного лично для вас: удобная навигация по всем нашим товарам, предзаказ новых коллекций, актуальная информация о проектах — в одном месте.

Уже доступно по ссылке — заходите, выбирайте, носите.

Подписчикам моего канала по промокоду CHADAEV скидка 15% на весь ассортимент до 1 октября и бесплатная доставка.

А в следующем посте расскажу про один из проектов, где обычная вещь становится хранителем памяти. Совсем скоро.

А ещё, в контексте четвертьвекового юбилея. Первая профессия, которую дроны сделали outdated — это профессия шахида. Подумайте об этом.

Значит, по идее женского антихриста надо тоже слепить из ребра Иисуса. Логично, да? Но как его слепить из ребра Иисуса, если он воскрес телом и вместе с телом также и вознесся к Отцу? Оказывается, все-таки есть лайфхак, как это можно решить. Дело в том, что Иисус, когда на кресте висел, к нему же подошел Лонгин Сотник, будущий христианский святой, а на тот момент просто римский легионер, и ткнул его копьем в ребро как раз. И из ребра что-то там вытекло. И это самое копье, оно называется Копье Судьбы. Оно лежит не где-нибудь, а в Эчмиадзине в Армении, как главная национальная святыня армянского народа.

И поэтому так важен Пашинян, который ведет Священную Войну с армянским католикосом и с Григорианской Церковью; конечная цель его на самом деле стоит не в том, чтобы свергнуть Гарегина, и не в том, чтобы подмять под себя или подчинить Армянскую Церковь, а в том, чтобы добраться до Копья Судьбы, потому что на нем сохранились фрагменты ДНК с ребра Иисуса, которые нужны Мировой Жабе для сатанинского ритуала призыва самки Антихриста, который уже готовится где-то на одном из очередных невскрытых еще островов Эпштейна. Уже там и младенцы заготовлены в количестве для поедания, и тарантулы, и гной из бородавок Мировой Жабы уже в этих пузырьках лежит там.

Вот какое-то количество святынь из Киева вывезли уже тоже под это дело для торжественного поругания, народ к разврату готов, там местные уже сидят и ждут, только вот без главного артефакта, он же главный ингредиент. Здесь — это четвертый Гарри Поттер, который был нужен-то, чтобы Вольдеморт смог в теле возродиться: кровь врага, кости отца, а до этого он четыре книжки ходил без тела, потому что был неполный набор, не было Пашиняна.

Поэтому Пашинян и выступает орудием Мировой жабы для того, чтобы добраться до того, без чего призывать самку Антихриста все еще невозможно. То, что происходит сейчас с Арменией, касается не только Армении, не только армянского народа, а касается вообще всего человечества, судеб мира, Армагеддона, Апокалипсиса, истории, христианства и всего остального. Потому что Мировая Жаба уже вполне себе готова бросить полноценный вызов патриархату, христианству, человеческой истории, которая естественно является тоже как бы порождением злобного патриархата, просто потому что история началась тогда, когда патриархат победил, потому что до этого было полностью циклическое время, матриархальное.

Женская сущность, она по определению враждебна самой идее истории, потому что не хочет женщина, чтобы кто-то вообще помнил, с кем она когда была, кто от кого там у нее родился, она это тщательно скрывает. История и историческая память враждебны сущности вот этой матки, самки, Великой матери.

Музыка Пашиняна — это сатанинские воззвания. Здесь очень важно, что он выбрал для себя роль ударника. Он бьет в барабан, но на самом деле это не барабан, это натянутый из кожи христианского младенца шаманский бубен. Понятно же, почему он сдал Карабах! Вся эта история касается не только христианства, но и ислама, разумеется, в котором тоже есть Антихрист.

Здесь про Азербайджан важно понимать, что у Алиева та же самая проблема с азербайджанским традиционным исламом, что у Пашиняна с армянским христианством. Потому что, напоминаю, азербайджанцы — шииты.

Там есть тема скрытого имама. Религиозная модель, которая есть в традиционном азербайджанском исламе, она никаким образом не подразумевает участия в дружбе с Мировой Жабой. Задача Алиева во всем этом раскладе с его манерой сидеть на двух стульях, с его манерой все обустраивать за кулисами, быть слугой Дадджаля. И вот почему он действует через уголовный мир, почему он действует через АУЕ.

Почему экономика – это женская религия?

По простой причине: изначальный термин, “экономия” греческая – это же домоводство. То есть, как раз пространство, сфера власти женщины в том обществе, потому что мужчина не должен ничего про это знать. Вся его мудрость, она про то, как победить врага, что-нибудь отнять, поймать дичь на охоте. Короче, вне дома. А вот экономика, она же исходит из базового допущения, что ресурсов есть столько, сколько есть и важно ими грамотно распорядиться.

И она, кстати, принципиально дефицитна без мужчины, который эту самую дичь откуда-то снаружи все время приносит, снаружи этого ойкоса.

Понятно, что если мужчины нет, то там все время по определению — как бы ты эффективно ни распределял —, всех много, а всего мало; всего на всех не хватит.

Комментарий, связанный с прошлым обсуждением: Если экономизм есть, значит, во-первых, есть религиозный культ с верховным женским божеством; во-вторых, это и есть базовая религия мировой жабы с острова Эпштейна и прочего Бильдербергского клуба, он же Давосский форум

Никто не сказал, что антихрист должен быть обязательно мужчиной. Если они доходят до финала в своем радикальном антихристианстве, которое они наконец-то перестали скрывать (эстетика Парижской Олимпиады, синие бородатые женщины и т.д.), понятно, что весь ЛГБТ — это передовой отряд Великой Матери. Все 100500 полов на самом деле один пол — это отрицательный пол, то есть не мужской.

Все очень просто: полов до сих пор два, даже в мире ЛГБТ, но есть единственный пол запрещенный, мужской, а есть 150 остальных разрешенных, начинающихся со слов «не». Не мужчины. Такой не мужчина, сякой не мужчина, и еще 150 видов не мужчин, которые этим самым гей-парадом и ходят.

Женский пол становится интегралом всех этих 150 полов.

Это метафора улья или муравейника. Кто такая рабочая пчела или рабочая особь муравья? Это неполноценная самка, недоразвитая. То есть, самка, которая при этом не способна к воспроизводству потомства. Но все равно, даже в улье и в муравейнике есть одна единственная самка, собственно, матка. При ней еще 100500 недосамок, которые все так или иначе делают, чтобы ей было хорошо.

Из улья трутни изгоняются как лишний элемент. То есть, их задача один раз оплодотворить матку — и все! И пошли в пешее эротическое навсегда, точно так же, как это делает мировой ЛГБТ.

Главное, что табуировано, это мужское во всех его проявлениях: в эстетике, в эмоционалке, в этике. Понятно, что запрещены мужские виды этики, честь всякая, гордость, агрессия, способность бороться за власть или отвечать на вызов, но это не та гордость, за которую люди друг друга убивают. Мужская этика — это если ты меня оскорбил, то я тебе бросаю вызов и кто-нибудь один из нас выживет.

Тут так нельзя, тут агрессия запрещена в любом виде и любой, кто ее проявил, он по определению пария, редиска и враг рода человеческого, агрессивный агрессор. Ну и понятно же, что там базовый же тезис всего этого движа, это Pussy Riot.

В их панк-молебне в храме Христа Спасителя “Богородица, Путина прогони”, там же все ключевое, что храм-то Христа, а молебен — Богородицы. И понятно, почему “Богородица, Путина прогони”: «Великая Мать, свергни Бога-Отца с его трона и займи, наконец, уже его место». То есть, Путин – это просто земная аватара патриархального божества, Бог на небе, Царь на земле. Это все в патриархальном мире, это и должно быть Pussy Riot, то есть восстание вагины, которое предназначено для того, чтобы свергнуть токсичную маскулинность и патриархальное доминирование. Понятно, что у этого всего не очень пока получается по той единственной причине, что нет вождя.

Но вождь такого движения не может быть мужчиной по вышеизложенным причинам. Поэтому, очевидно, что антихрист — это самка. Если это так, то дальше мы выясняем, что Еву уже из ребра слепили.