SUERF выпустил записку, которую стоит переслать в банковский чат: «Digital finance in a geopolitically fragmented world».
Авторы честно признают: цифровые финансы уже не про «инновации вообще», а про столкновение трёх курсов — долларовые стейблкоины, национальные ЦВЦБ и токенизация активов.
Первая линия разлома проходит по доллару. В США принят GENIUS Act: долларовые стейблкоины получают собственный закон, а розничная ЦВЦБ фактически вычеркивается из повестки. Регулятор говорит рынку: хотите цифровый доллар — пользуйтесь частными токенами, но по нашим правилам. Параллельно вне США растёт «внешний слой» стейблкоинов и токенизированных активов, часто в более мягких режимах регулирования.
Вторая линия — Европа. Здесь одновременно продвигают MiCA и обсуждают цифровое евро. В теории это должно дать «европейский ответ» на долларовые стейблкоины, на практике же есть риск раздвоения: часть ликвидности уйдёт в частные токены, часть — в ЦВЦБ, а правила доступа и использования окажутся несовместимыми с остальным миром.
Третья линия — государственно-центричные модели вроде e-CNY и целого пояса проектов ЦВЦБ в Азии и БРИКС. Здесь ставка на то, что именно государственная цифровая инфраструктура станет «опорной сетью» внутренних и трансграничных расчётов, а стейблкоины останутся на периферии.
SUERF очень чётко формулирует главный риск: чем больше расходятся стандарты регулирования стейблкоинов и токенизации, тем сильнее подрывается ключевое обещание цифровых активов — способность актива сохранять правовой статус и режим обращения при переходе между юрисдикциями. Токен, который нельзя легально использовать как залог или расчётный инструмент в другой юрисдикции, перестаёт быть «глобальным». В итоге вместо единого рынка цифровых активов возникает «лоскутное одеяло» полусовместимых экосистем.
Отдельная тревога — офшорные долларовые стейблкоины. На экране ликвидность выглядит глубокой, но в стресс-сценариях погашения уходят в регулируемые юрисдикции, где лежат резервы. Это значит риск «скрытых» кросс-бордер-бэйл-аутов и перенос шока в банковскую систему через каналы выкупа и продаж активов. Особенно остро это звучит на фоне того, что пока нет широко принятых ЦВЦБ, которые бы напрямую связывали ликвидность центральных банков с токенизированными рынками.
Выводы для банков и профучастников:
– отсутствие розничной ЦВЦБ само по себе не проблема — проблема в том, какая
связка
стейблкоинов, токенизированных активов и оптовых денег ЦБ будет доминировать в вашем блоке мира;
– чем сильнее геополитическая фрагментация, тем больше значение механизмов «замены регулирования» и «взаимного признания» (substitute compliance, mutual recognition) для доступа к чужим токенизированным рынкам;
– риск-менеджменту и казначейству придётся думать не только о кредитном и рыночном риске, но и о
способности актива сохранять правовой статус и режим обращения при переходе между юрисдикциями
: под каким правом и в каких режимах этот токен действительно можно оперативно использовать как залог или расчётный инструмент.
Проще говоря, цифровые финансы входят в фазу, когда главный вопрос звучит уже не «что лучше — стейблкоины или ЦВЦБ», а «в каком блоке правил окажется ваша ликвидность — и сможете ли вы быстро перевести её через границу, не потеряв в праве и регуляции».
#OglobCBDC_Research