«Бравый солдат Швейк» Гашека – самый смешной роман, который когда-либо читал. Перед тем, как разойтись после школы, мы останавливались на час-другой для обсуждения прочитанных книг. Каждый вносил свою лепту, зачитывая очередной абзац из Гашека, и под конец мы уже не смеялись, а хохотали на потеху прохожих, не в состоянии произнести ещё одну сценку.

Снятый в разгар сталинизма в Чехии (1957 год) фильм Карела Стеклы, поражал своей сатирой на тех же большевиков, с их доносителями, агентами безопасности и прочими атрибутами австрийской империи (читай сталинской), которые у чехов проявились в значительно меньшем масштабе, чем у нас, и всё же им тоже досталось. Тогдашние власти сделали вид, что аллюзий не заметили. Нельзя же было обойти стороной лучший на то время роман в Чехии. Чехи осторожный народ, отмена сталинизма произошла у них несколько позже. Только в 62-м году они снесли самый большой памятник Сталина в мире, за два года до того, как образ Сталина у нас потихоньку стали отбеливать.

Из романа Гашека взросли и величайший писатель второй половины века Богумил Грабал, и все кинематографисты, начиная с Менцеля. После чешской волны, как в кино, так и в литературе, не было создано ничего равного по изяществу исполнения и человечности.

Рудольф Грушинский оказался самым удачливым Швейком в истории кино. К роману обращались не только чехи, но немецкие, австрийские и наши кинематографисты. Всегда вспоминаю, как в одной из наших экранизаций, Швейк ползёт сдаваться в русские окопы, а наш священник, окая, произносит: «Враг ко-о-оварен и о-пасен. О-гонь!» Там, где Швейк, всегда смешно.

Немецкий актер Хайнц Рюман создал лучшего отца Брауна в фильме режиссера Акселя фон Аксельбессера «Пагубная страсть» (1962). Но переиграть Грушинского в образе Швейка в одноименном фильме 1960 года не смог, хотя бы по возрасту, немецкой подтянутости, ироничности, сдержанности и интеллигентности.

Жаль, конечно, что Менцелю не досталось возможности снять «Бравого солдата Швейка», каким он был изображен в романе, а не в той вампуке, которую он снял у нас под непередаваемо длинным названием. Что-то про Чонкина, некоем аналоге, якобы, Швейка. Он бы внес ещё больше изящества в удачливую экранизацию Карела Стеклы, будь у него возможность сделать ремейк.

Роман настолько огромный, что в нем нашлось бы достаточно эпизодов, чтобы создать сериал, как поступили немецкие кинематографисты, снявшие десятисерийный телевизионный фильм о приключениях Швейка.

Под присмотром большевиков чехи сумели высмеять всё. Даже обстрел позиций снарядами изображён, как клоунада, на что редко, кто осмеливается.

#кинематограф_чешской_весны #Гашек #лучшие_экранизации #Карел_Стеклы #Рудольф_Грушинский #Иржи_Менцель