По канве Бунюэля
 
Для лучшего понимания нижеследующего эссе необходимо быть любителем Бунюэля или просмотреть все фильмы, указанные в тексте.

Творчество основателя сюрреализма в кино разделяется на несколько связок. Такие картины, как «Виридиана» с примыкающей к ней «Тристаной», «Назарином», «Симоном столпником», «Ангелом-истребителем», «Млечным путем», соответствуют религиозной тематике. В число сюрреалистичных творений входят «Андалузский пес», «Золотой век», «Дневная красавица», «Скромное обаяние буржуазии», «Смутный объект желаний», тот же «Ангел-истребитель», «Млечный путь» и «Симеон столпник». Если разобрать фильмы мексиканского периода, в них тоже можно найти место в одной из перечисленных связок, к чему мы еще вернемся.

Методика переделывания фильмов по своему усмотрению вызывает у некоторых коллег по профессии неприятие, доходящее до ненависти и полного разрыва отношений. Хотя, «что нам Гекуба, что ей до нас!» К тому же я в первую очередь – писатель, а потом уже – киновед, и вот вам, пожалуйста, обновленный сюжет.

Берем связку перечисленных выше фильмов и делаем из них единое пространство, используя сюжет «Скромного очарования буржуазии» за основу. Забираем из «Дневной красавицы» Катрин Денев и заменяем на героиню, с которой у Фернандо Рея был роман. Где взять Катрин Денев, вы спросите, и всех остальных актеров? В воображении, отвечу. Смотрите фильмы и соответствуйте...

* * *

Когда дневная красавица возвращается домой, исполосованная ремнем бандита (Пьер Клеманти), на вопрос, что за следы у нее на теле, она отвечает: «Это массаж, милый». Появляются бандиты с требованием выкупить дневную красавицу для участия в съемках фильма в Латинской Аравии. Муж (Жак Сорель) достают револьвер, бандиты свои, и начинается перестрелка. Муж падает на кровать, один из бандитов прячется в шкафу. Другой выскакивает на улицу, бежит мимо рекламы фильма «Стреляйте в пианиста» и, наконец, изрешеченный пулями полицейских, падает на спину и корчит рожи прохожим, как в «Последнем дыхании» Бельмондо.

Дневная красавица с мужем входят в кабинет дона Рафаэля – посла Миранды в исполнении Фернандо Рея.
– Где-то я вас уже видел, – указывает муж на охранников, тех самых бандитов.
– Во сне, милый, во сне.
Муж получает от посла наркотики и собирается уходить, а жена остается под благовидным предлогом.
– Я хотела показать его превосходительству этот, как его… э… сурсик.
– Обещали, – говорит посол после ухода мужа, – показывайте, а кстати, что это такое? Надеюсь это, именно то, что я думаю?
– Нет, нет, – возражает она – я сама не знаю, что это такое. –(слово не стоит искать в словаре, имеющее в данном контексте нечто фривольное по звучанию). – Хотела позаимствовать охрану у вас, чтобы съездить загород к герцогу N. В лесу, знаете ли, водятся цыгане и хиппи. В «Уикэнде» видела, как хиппи едят людей. Как бы чего не случилось.

Разумеется, случается, но камера стыдливо отворачивается, и слышны только звуки. Невозможно определить границу между тем, над чем Бунюэль в изображении порока смеется и чем любуется, поскольку то и другое показывает с большим искусством, но с эвфемизмом, в отличие от того, что сейчас происходит на экранах.

Когда в дом свиданий приходит друг семьи (Мишель Пикколи), Северина отказывается разделить с ним ложе.
– Если вы расскажете о причине девиантного поведения, – выставляет условие «друг», – не выдам вас мужу. Можете не отвечать. Я задам один только вопрос. Это было на исповеди?
Она поводит плечами, изображая смесь согласия и смущения.
– Все ясно. Нам категорически запрещено проводить расследование преступлений подобного рода.

#кинематограф_чешской_весны + #мнения #Луис_Бунюэль
⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️