Что стоит за дизельной сделкой (часть 2/3)

Одновременно участники конференции отметили, что внутренняя добыча нефти в США падает с 8,3 млн б/д в 1995 году до прогнозируемых 6,8 млн б/д в 2005 году, а ежедневное потребление в этот период вырастет с 17,7 до 20,6 млн б/д.

Здесь кроется причина резкого (на волне программ QE) разгона цен на нефть после 2008 года (внутренняя добыча нефти США в этот год упала до антирекорда в 5 млн б/д). Результатом ценового скачка стало наращивание внутренней (сланцевой) добычи США.

Мера была временной (отсрочка, покупка времени), так как сланец не обеспечивает долгосрочный прогноз экономического роста (кредитная линия).

Ударными темпами наращивать денежную массу (за первые 2,5 года количественного смягчения денежная масса США выросла почти в 3 раза, а мировая за 10 посткризисных лет – почти в 2 раза) и разгонять цены на нефть в постоянном режиме невозможно.

Вопрос маленькой победоносной войны оставался основным вариантом решения проблемы. Программы QE перезапустили мировую экономику на принципах, которые противоречили фундаментальным законам рынка.

После 2008 года ВВП рос в развивающихся странах, а капитализация этого роста шла на Западе. Прежде всего, в США, чей фондовый рынок по объему превышал половину мирового. Эту тему мы у вас уже обсуждали.

По классике рост ВВП, внутреннего производства и экспорта привлекает дополнительные инвестиции, обеспечивая рост внутреннего фондового рынка.

Высокая эффективность вложений снижает стоимость национальной валюты по отношению к денежным единицам внешнеторговых партнеров, закрепляя экономическое лидерство страны-экспортера и подавляя деловую активность в странах-импортерах.

Новая схема действовала в обратном порядке. В 2015 году после окончания QE капитализация американских компаний достигла 16,5 трлн долларов, при этом коэффициент оборачиваемости активов (asset turnover) упал ниже докризисного 2005 года.

Отдача на капитал (ROE %) к 2011 году зафиксировалась, после чего стала снижаться. Такая же ситуация была в еврозоне, запустившей собственную программу QE. Здесь капитализация компаний за 3 года (к 2015-му) выросла на 70%, а прибыль упала на 20%.

Фиктивный рост экономики в США и еврозоне симулировался финансовой накачкой при крайне негативных тенденциях снижения реальных экономических показателей. Эффект достигался ростом долговой нагрузки.

В 2000 году уровень мирового долга составлял 246% от мирового ВВП, а к 2015 он достиг 286%, преимущественно за счет госдолга стран Большого Запада. С момента кризиса номинальный прирост долга составил 57 трлн долларов, при общем объеме в 199 триллионов.

Продолжение следует.

Буровая в Telegram | в MAX