Bunin & Co

Руководство двух частично признанных образований Кавказа Абхазии и Южной Осетии вступило в заочную полемику с премьер-министром Армении Николом Пашиняном. Несколько дней назад глава армянского кабмина заявил: «Мы полностью и однозначно поддерживаем единство, суверенитет, территориальную целостность, независимость и демократию Грузии». Сегодня, когда внешнеполитический дрейф Еревана- одна из наиболее обсуждаемых медийных тем, на этом обмене мнениями стоит остановиться подробнее.

Известно, что любой текст не может существовать вне определенного контекста. Непосредственным поводом для высказываний Никола Пашиняна стал вопрос, заданный гражданином его страны в прямом эфире о том, готов ли Ереван признать Абхазию и Южную Осетию «оккупированными территориями». Заметим, что армянский премьер попытался дипломатично уйти от определенного ответа, поставив в центр внимания признание грузинской территориальной целостности. Он также сравнил голосования его страны в ООН по поводу резолюций, регулярно продвигаемых Тбилиси о положении беженцев из Абхазии и Южной Осетии. До 2019 года Армения всегда выступала против них, а после (то есть с момента утверждения в Ереване Пашиняна) – стала воздерживаться. С точки зрения, армянского премьера, грузинские партнеры таким поведением довольны.

Вскоре после этого Аслан Бжания и Алан Гаглоев резко осудили Пашиняна за его оценки «грузинского вопроса». При этом глава Южной Осетии даже сказал, что премьер-министр Армении «предал свой же народ», не найдя в себе смелости признать независимость Нагорного Карабаха. По мнению же Аслана Бжании, «в отличие от Пашиняна в Абхазии нет политиков, которые выбор народа поставили бы под сомнение и одним росчерком пера ликвидировали бы страну, которая завоевана кровью сынов и дочерей».

Но сказал ли Пашинян что-то новое о грузинской территориальной целостности, чего бы ранее не говорили его предшественники? Ответ отрицательный! Сразу вспоминаются встречи на высшем уровне между Сержем Саргсяном и Михаилом Саакашвили, а также взаимные их награждения друг друга. Независимость Абхазии даже ни разу не ставилась в повестку и в бытность президентами Левона Тер-Петросяна или Роберта Кочаряна. Почти три четверти армянского экспорта-импорта проходило через Грузию, а в условиях двух из четырех закрытых госграниц, грузинское направление приобретало для Еревана особое значение. И потому даже пресловутого «Мишико» там принимали на высшем уровне!

Но сегодня имеются свои нюансы! Отношения Москвы и Еревана переживают острый кризис. Они не будут такими, как были до 2023 или даже 2020 года. В этих условиях лидеры двух частично признанных республик пытаются воспользоваться моментом. Ведь они могут публично проговорить то, что многие спикеры в Москве по тем или иным причинам вынуждены скрывать. И тем самым еще раз продемонстрировать приверженность их пророссийскому выбору, в котором особых сомнений не было и нет. Но сегодня геополитическая поляризация такова, что спрос на «определенность» у всех особый. Двусмысленности в заявлениях Бжании и Гаглоева точно не было!

Сергей Маркедонов

О составе руководства Всемирного русского народного собора.

В числе сопредседателей региональных отделений ВРНС – 15 «первых лиц» субъектов Федерации. Четверо – на новых территориях плюс Севастополь (Крым представлен супругой главы региона Еленой Аксеновой). Также во главе региональных отделений – руководители Забайкалья, Камчатки, Приморья, Карелии, Коми, Марий Эл, Кировской, Нижегородской, Ростовской и Саратовской областей. В составе президиума ВРНС – губернаторы Санкт-Петербурга, Хабаровского края (которые не совмещают членство в президиуме с руководством региональным отделением) и Забайкалья (который совмещает).

Также в числе глав региональных отделений – два бывших губернатора (Владимирской и Смоленской областей) – оба представляли ЛДПР. Если большинство губернаторов возглавили региональные отделения в течение 2022-2023 годов, то «жириновцы» традиционно сотрудничали с ВРНС. На сайте ВРНС в числе членов президиума значится и сенатор Евгений Савченко – это многолетний белгородский губернатор и кавалер церковных наград, который неожиданно для многих выпустил эзотерическую книгу, к тому же с критикой выбора религии князем Владимиром.

Более чем в половине субъектов Федерации (не считая тех, где сопредседатели – губернаторы) в числе сопредседателей ВРНС – представители региональной исполнительной и законодательной власти (председатели ЗАКСов, вице-губернаторы, руководители аппаратов губернаторов и др.). В Москве среди сопредседателей нет представителей региональной власти, но вице-мэр столицы входит в состав президиума ВРНС.

В Татарстане один из сопредседателей ВРНС – первый вице-мэр Казани; деятелей республиканского уровня среди них нет. Впрочем, на прошлой неделе Рустам Минниханов вручил сопредседателю ВРНС Константину Малофееву медаль «За заслуги перед Татарстаном» (однако Адам Кадыров недавно получил более высокую республиканскую награду – орден «Дуслык»).

Почти во всех регионах в состав сопредседателей ВРНС входят епархиальные архиереи. Исключение составляют Москва (где епархию возглавляет лично патриарх), а также три из четырех новых территорий, где местные архиереи входят в состав УПЦ (в Запорожье один из сопредседателей отделения ВРНС – епископ Лука, делегированный патриархией для управления Бердянской епархией). Но самая необычная ситуация в Ингушетии, где все три сопредседателя – клирики Русской православной церкви.

Алексей Макаркин

Парламентские выборы в Грузии пройдут только в октябре 2024 года. Однако их приближение чувствуется уже сейчас. Ставки высоки. Грузия- парламентская республика и предстоящая кампания станет главным политическим соревнованием четырехлетия. Она определит и состав кабмина, и приоритетную линию государства на последующие четыре года, и расклады внутри Национального собрания, и реальный ресурс оппозиции.

И потому уже сейчас проводятся социологические замеры, даются прогнозы, обсуждаются возможные партийно-политические коалиции. Согласно недавнему опросу,
проведенному Baltic Studies/The Gallup по заказу Международного республиканского института (IRI) США, только две партии – правящая «Грузинская мечта» и главная оппозиционная партия «Единое национальное движение» смогу в 2024 году преодолеют пятипроцентный барьер. Но Грузия- страна множества средних и мелких партий. Многопартийность в этой стране приобрела какие-то гипертрофированные размеры.

Остроты ситуации добавляет тот факт, что правящая партия отказалась от снижения электорального фильтра. Между тем, год назад ее председатель (экс-спикер национального парламента и один из наиболее близких Бидзине Иванишвили политиков) Ираклий Кобахидзе говорил, что власти пойдут на снижение барьера до 2% тогда (и если) ЕС предоставит его стране статус кандидата. 8 ноября 2023 года Европейская комиссия рекомендовала предоставить таковой Тбилиси, но с рекомендацией исправить 9 замечаний, выдвинутых Брюсселем. Теперь последнее слово за саммитом ЕС.

Но, похоже, грузинские власти не готовы вернуться к прежним обещаниям. Ираклий Кобахидзе уже в ноябре нынешнего года заявляет, что его прошлогодние рассуждения касались повестки-2022. И не носили вневременного универсального характера. Оппоненты критикуют его за формализм, за попытки манипулировать общественным мнением. Однако вряд ли Кобахидзе не понимает реальности. В Грузии множество партий, сильны личные амбиции разных политиков, но игру делают две силы- «мечтатели и «националы». И потому вопрос о «процентной норме» можно «подвесить», сделать ее предметом торга и диалога с Брюсселем, протестировать на внутреннем общественном мнении. Словом, впереди у Грузии немало интриг, связанных с главным событием четырехлетия.

Сергей Маркедонов

Предпоследняя неделя ноября выдалась богатой на знаковые юбилеи, касающиеся событий на постсоветском пространстве. 23 ноября 2003 года случилась «революция роз» в Грузии. Она стала первой в цепи т.н. «цветных революций» в Евразии. Практически синхронно с этим событием не менее знаковый процесс проходил в Молдове. В ночь с 24 на 25 ноября власти этой страны отказались от реализации т.н. «Меморандум об основных принципах государственного устройства объединенного государства». В СМИ и в экспертной литературе этот документ называют «планом Дмитрия Козака», в честь главного архитектора молдо-приднестровского урегулирования.

Главными последствиями обоих событий стало нарастанием противоречий между Москвой и двумя постсоветскими республиками (Грузия и Молдова). Впоследствии именно Тбилиси и Кишинев станут главными «отличниками» проекта «Восточное партнерство» и добьются максимального среди постсоветских республик уровня сближения с ЕС. В случае же с Грузией впереди будет статус «аспиранта «НАТО» и подписанта Хартии и стратегическом партнерстве с США. Важной вехой на этом пути станет «пятидневная война» 2008 года. И хотя события в Крыму, в Донбассе и российская СВО прямо Грузию и Молдову не затронут, их косвенное воздействие невозможно недооценивать.

Сегодня поворотные события в Евразии традиционно рассматривают через призму конфронтации между Россией и Западом. Действительно, Запад стремился всеми силами «подтолкнуть» грузинскую динамику, делая ставку на смену «уходящей натуры» (Эдуард Шеварднадзе, Аслан Абашидзе) «младогрузинами» (Михаил Саакашвили и К). США и ЕС не меньше этого были заинтересованы в снижении российского влияния на Днестре, а потому опасались федерализации Молдовы, как инструмента для сохранения военного присутствия РФ непосредственно на границах Евросоюза.

Но не геополитикой единой. На рубеже нулевых годов в постсоветских странах (не только в Грузии и в Молдове) выросло новое поколение политиков, не связанных своим карьерным ростом с партийно-номенклатурной работой во времена СССР. И формировавшихся под мощным западным, а не российским влиянием. Здесь не только политика, но и то, что Фернан Бродель определял, как «структуры повседневности». Где-то этот процесс был упущен Москвой, а где-то США и ЕС его форсировали. Но в итоге произошло сложение потенциалов, сильно изменившее пространство некогда единой страны.

Сергей Маркедонов

Победа партии Герта Вилдерса на выборах в Нидерландах является очередной встряской, которые избиратели в Европе устраивают своему истеблишменту, чтобы он не отрывался от народа.

В Нидерландах уже был прецедент с партией Пима Фортейна, убитого накануне парламентских выборов 2002 года. Тогда его партия заняла второе место, а первое получили христианские демократы, которые еще при жизни Фортейна воздерживались от личностной критики в его адрес. Конечно, в росте поддержки «Списка Фортейна» немалую роль сыграла гибель его лидера, но и до этого партия, выдвинувшая требования защиты голландской идентичности, противодействия миграции и решения острых проблем здравоохранения (все это входит и в повестку Вилдерса), находилась на подъеме.

Прошло два года. К тому времени партия Фортейна недолго пробыла в правительственной коалиции и без своего лидера рассыпалась. В стране проходит модный телевизионный опрос на тему о великих людях. Ожидалось, что великими голландцами назовут канонических персонажей из (признаемся, изрядно многим надоевшей) школьной программы – Вильгельма Оранского, Эразма Роттердамского, Рембрандта, Ван Гога. И вдруг в телеопросе побеждает Фортейн, за которого мобилизовались его почитатели. Правда, когда посчитали голоса тех, кто проголосовал уже после прямой трансляции, то выяснилось, что принц Оранский все же обошел Фортейна. Но по правилам засчитывались голоса, которые были получены во время трансляции – и правила менять не стали.

Проходит еще год – в 2005-м в Нидерландах проходит референдум по европейской Конституции. Как и в соседней Франции, почти весь истеблишмент за, а население голосует против. Голландский референдум состоялся сразу после французского и уже ничего не решал – для принятия Конституции нужно было единогласие. Но еще до французского референдума опросы показали, что большинство голландцев Конституцию не поддержит. И чем больше политики пугали катастрофическими последствиями в случае голосования против (которых, кстати, не последовало), тем больше население поддерживало этот «протестный» вариант. Кстати, против Конституции тогда выступали последователи Фортейна, крайне левые социалисты и все тот же Вилдерс.

Каков же запрос людей, стремящихся поправить истеблишмент? Им не нравится, когда их не слышат, а они хотят выразить свою точку зрения (пусть иногда и нелепую с точки зрения экспертов – но эксперты составляют явное меньшинство электората). Им хочется жить в уютной, тихой, комфортной стране, где нет мигрантов, а к живущему по соседству доктору можно сходить за советом без очередей. В общем, стране, которую мы видим на картинах малых голландцев. Другое дело, что историки тут же разочаруют, рассказав о том, как в действительности жили люди того времени, а любой современный медик придет в ужас от советов доброго старого доктора времен Вильгельма Молчаливого. Но социальная психология такова, что люди ищут золотой век в прошлом, даже если его там и не было. А книгу Стивена Пинкера они не читали.

Причем протестное голосование – это недовольство не только политиками, но и медиа, также относимыми к истеблишменту. Медиа в западных странах находятся обычно «левее», чем общество – и это снижает доверие к ним со стороны людей, желающих уюта и покоя. В 2018 году шведская студентка стала героиней новостей, сорвав депортацию из страны гражданина Афганистана и задержав при этом вылет самолета. Через полтора месяца в Швеции состоялись парламентские выборы, на которых антимигрантская партия «Шведские демократы» получила 13 дополнительных депутатских мест. Конечно, дело было не только в этой истории, а в проблеме миграции в принципе. И все же многие граждане представляли себя в такой ситуации в качестве пассажиров, которые летят по своим делам и не хотят столкнуться с подобной неожиданностью.

Алексей Макаркин

Только в ЕС вздохнули с облегчением после поражения национал-популистов в Польше, как теперь уже в старой Европе возникла новая напасть. Один из самых известных европейских ультраправых политиков, Герт Вилдерс, победил на парламентских выборах в Нидерландах. Перед выборами считалось, что основная борьба за первенство развернется между тремя мейнстримными силами: правоцентристской «Народной партией за свободу и демократию», которую после отставки Марка Рютте возглавила министр юстиции Дилан Йешилгёз, альянсом «Партии труда» и партии «Зеленые и левые» во главе с Франсом Тиммермансом и партией «Новой социальный контракт», недавно созданной консервативным законодателем Питером Омцигтом. Однако с серьезным отрывом первое место завоевала «Партия свободы» Вилдерса, получив 23,6% голосов и 37 мест в 150-местной Палате представителей. На втором месте – левый альянс Тиммерманса с 15,6% голосов и 25 местами. Затем следует НПСД (24 места) и НСК (20 мест).

60-летний Вилдерс сначала состоял в НПСД и был членом парламента с 1998 г. Затем он покинул НПСД и в 2006 г. основал свою партию с радикальной антимигрантской, антиисламской и евроскептической программой. Партия Вилдерса предлагала закрыть мечети, запретить Коран и мусульманские школы. Кроме того, партия выступала за выход из ЕС, так называемый нексит, и призывала провести референдум на этот счет. Вилдерс никогда не сдерживался в исламофобской риторике, за что привлекался к суду. Из-за угроз его жизни со стороны исламских экстремистов он уже более 10 лет находится под круглосуточной охраной спецслужб.

Нынешнего прорыва «Партии свободы» никто не предвидел. Весной и в начале лета ее рейтинг составлял около 7%. Главным фактором, сыгравшим в пользу подзабытого Вилдерса, стало то, что в центре избирательной кампании находилась проблема резко возросшей иммиграции (собственно, и коалиционное правительство Рютте в июле развалилось из-за этой проблемы). Это позволило ему во всю мощь использовать свою фирменную риторику, сделав главным лозунгом прекращение «цунами беженцев». При этом Вилдерс умело связывал переполненность страны мигрантами и больные социальные проблемы (острую нехватку жилья, дороговизну медуслуг). Он призывал прекратить предоставление права на убежище и ввести рабочие визы для жителей других стран ЕС. Также эксперты считают, что на руку Вилдерсу сработало сделанное в ходе кампании заявление лидера НПСД Йешилгёз о готовности сотрудничать в правительстве с «Партией свободы»: это прибавило ультраправой партии легитимности среди умеренных избирателей. Наконец, в ситуации войны в секторе Газа произраильски настроенных избирателей привлекло к Вилдерсу то, что он является решительным сторонником Израиля и выступает за перенос посольства Нидерландов в Иерусалим.

Для того, чтобы возглавить правительство, Вилдерсу необходимо сформировать коалицию с несколькими партиями. Ради этого он уже проявил готовность к компромиссам. В своей победной речи он заявил: «Я очень хорошо понимаю, что партии не желают быть в правительстве с партией, которая хочет неконституционных мер. Мы не собираемся говорить о мечетях, Коранах и исламских школах». Тиммерманс уже исключил возможность участия в коалиции с Вилдерсом. Йешилгёз и Омцигт высказываются менее определенно. Они допускают участие в коалиционных переговорах, но выражают сомнение в способности Вилдерса стать премьер-министром. Теоретически коалиция «Партии свободы», НПСД и НСК имела бы 81 место в парламенте, т.е. твердое большинство. Но крайне трудно представить, как проевропейские политики Йешилгёз и Омцигт уживались бы в правительстве с премьером Вилдерсом, который не отказался от идеи нексита, намерен урезать взносы Нидерландов в бюджет ЕС, закрыть границы страны и заблокировать вступление в ЕС новых членов, включая Украину. С другой стороны, не ясно, готов ли Вилдерс уступить кресло премьера лидеру другой партии. В любом случае легких решений не будет. В 2021 г. переговоры о формировании правительства длились 271 день. Возможно, что-то подобное предстоит и сейчас. А пока обязанности премьера продолжит исполнять Рютте.

Александр Ивахник

Обсуждение армяно-азербайджанского мирного договора к концу календарного года становится одной из центральных тем кавказской повестки дня. И если до 22 ноября армянская сторона чаще напоминала о своей готовности к подписанию документа, то сейчас и официальный Баку устами президента Ильхама Алиева заявил, что не видит серьезных препятствий на пути к миру.

Принимая в столице Азербайджана Лео Докерти, Алиев подтвердил приверженность его страны к нормализации и к диалогу с Ереваном. Докерти- заместитель госсекретаря по парламентским связям в Офисе иностранных дел, по делам Содружества и развития Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии (таково официальное название британского МИД), а также государственный министр по делам Европы и Северной Америки. Высокопоставленный представитель Лондона не скупился на комплименты азербайджанским партнерам. По его словам, «без Азербайджана в Европе не было бы мира и безопасности». Докерти, начиная с 20 ноября, совершает региональный визит в Закавказье. В Ереване он встретился с секретарем Совбеза Армении Арменом Григоряном. После Баку британский визитер отправился в Тбилиси.

Тем временем, представители Азербайджана и Армении достигли предварительной договоренности о том, в последний день ноября прямо на госгранице двух стран пройдет заседание по делимитации и демаркации. Очевидно, что без урегулирования этого вопроса любой мирный договор окажется не более, чем формальным документом. Есть признаки того, что на данном треке возобновится движение.

Но почему же тогда Баку не согласился на вашингтонскую встречу, как ранее его представители не приняли участие во встречах в Гранаде и в Брюсселе. Что мешало азербайджанской стороне высказать те слова, что прозвучали в ходе переговоров Алиева и Докерти? Думается, ответ не так сложен. Азербайджан стремится выйти на двусторонние договоренности с Арменией безо всяких третьих лиц. Не то, чтобы эти «третьи» были совсем лишними, но степень их реального воздействия на ситуацию Баку хотел бы свести к минимуму. И, напротив, есть понимание того, что армянская сторона как раз и будет цепляться за «третьих» до последней имеющейся возможности. В Азербайджане хотели бы безоговорочного признания его успехов, как и формирования нового регионального статус-кво, где Баку будет одним из главных бенефициаров.

Сергей Маркедонов

Правительство Риши Сунака много поставило на так называемое осеннее бюджетное заявление, с которым в среду выступил министр финансов Джереми Хант. В последние пару месяцев Сунак предпринял несколько попыток сократить резкое отставание Консервативной партии от лейбористов в популярности. К этому подталкивает приближение всеобщих выборов, до которых осталось не более года. Однако речь Сунака на съезде партии в начале октября, в которой он пытался предстать решительным поборником перемен, быстро забылась. Произнесенная в ноябре Королевская речь, в которой изложена законодательная программа кабинета на год вперед, не произвела особого впечатления. Более живой отклик вызвали состоявшиеся недавно перестановки в правительстве и прежде всего возвращение в кабинет в ранге главы МИД экс-премьера Дэвида Кэмерона, но реакция на это событие не была однозначной. А сразу вслед за этим Верховный суд страны к большому разочарованию партии тори и лично Сунака подтвердил запрет на депортацию незаконных мигрантов из Британии в Руанду.

Поэтому к осеннему бюджетному заявлению было приковано повышенное внимание. В течение многих месяцев Сунак и глава Минфина Хант упорно сопротивлялись громким требованиям депутатов-тори о снижении налогов. Действительно, общий объем налогов в сравнении с размером ВВП страны достиг сейчас наивысшего уровня за много десятилетий. Сунак и Хант объясняли невозможность их снижения слишком высоким уровнем инфляции. Но в октябре инфляция снизилась до 4,6% по сравнению с 11% год назад. В понедельник премьер заявил о том, что теперь можно начинать новую фазу и повернуть внимание к снижению налогов. И вот в бюджетном заявлении эта смена подхода нашла практическое воплощение. Министр финансов сообщил о том, что взносы в фонд социального страхования, затрагивающие около 28 млн человек, с января сократятся с 12% от заработка до 10% для наемных работников и несколько меньше – для самозанятых. Это означает, что человек со средним годовым заработком в £35 тыс. сохранит около £500. Также объявлено, что режим, позволяющий компаниям сокращать налоговые отчисления на размер произведенных инвестиций в технологии и оборудование, который должен был закончиться в 2026 г., продлевается на неограниченное время. Эта налоговая льгота обходится бюджету в £11 млрд в год. Кроме того, вводятся налоговые послабления для малого бизнеса.

Помимо сокращения налогов в бюджетном заявлении предусмотрено немало мер, которые увеличивают доходы больших групп избирателей. С апреля минимальный размер оплаты труда повышается с £10,42 до £11,44 в час. В результате низкооплачиваемый работник на полной занятости получит месячную прибавку в £150. Государственные пенсии с апреля возрастут на 8,5% – до £221 в неделю. Размер социальных пособий увеличится на 6,7%. Вместе с тем, значительно сократятся выплаты трудоспособным получателям пособий, которые не могут найти работу в течение 18 месяцев. Замораживается размер акциза на алкогольные напитки. Обращает на себя внимание, что в бюджетном заявлении не фигурируют сокращения подоходного налога и налога на наследство. Этого добивались многие депутаты-тори, но это же могло вызвать недовольство британцев с низкими и средними доходами.

Совершенно очевидно, что объявленные в среду меры рассчитаны на то, чтобы повлиять на умонастроения широких групп избирателей. Но вовсе не факт, что это влияние окажется масштабным и устойчивым. Для успешной реализации этих мер необходимо ускорение экономического роста. Но по свежему прогнозу британского органа бюджетного надзора, рост ВВП в 2024 г. составит всего 0,7% – значительно меньше, чем ожидалось прежде. По тому же прогнозу, в 2024/25 финансовом году жизненный уровень британцев останется на 3,5% ниже, чем до пандемии. К этому следует добавить широко распространенное недовольство состоянием здравоохранения и образования, которым в бюджетном заявлении уделено совсем мало внимания.

Александр Ивахник

Президентским указом заменен атаман Всероссийского казачьего общества. Вместо 71-летнего кубанца Николая Долуды назначен 43-летний терец Виталий Кузнецов.

Несколько дней назад, 17 ноября, на пленарном заседании III Cеминара-совещания «Российское казачество» выступил глава Федерального агентства по делам национальностей Игорь Баринов. Он заявил, что «последние несколько лет мы, к сожалению, фиксируем снижение численности казачьего общества. По сравнению с прошлым годом она снизилась почти на 9 тысяч человек. Это комплексная проблема, которая включает в себя и потери казаков в СВО, и естественную смертность в силу возраста, и слабую заинтересованность со стороны молодежи вступать в казачьи общества».

Таким образом одна из главных проблем казачества – старение. В 1990-е годы казачьи структуры активно пополнялись и отставными офицерами, и энтузиастами, стремившимися внести свой вклад в возрождение казачества. Тема казачьей истории, восстановления казачьих традиций активно обсуждались в публичном пространстве, выглядела перспективной в условиях, когда страна сочетала модернизацию с архаизацией, обращением к «России, которую мы потеряли» (к которой относилось и казачество со славной историей казачьих войск).

У этого процесса была и оборотная сторона – конкуренция между «красными» и «белыми» казаками. Среди первых было немало начальников - старших офицеров и администраторов разного ранга, вторые включали в свои ряды самых разных людей – от искренних энтузиастов до самозванцев (отсюда и понятие «ряженых» казаков, распространенное в девяностые и нулевые годы). Государство сделало предсказуемую ставку на «красных» казаков, включив их в созданный в 1995 году Государственный реестр казачьих обществ – то есть предоставив им официальный статус. «Белые» же так и остались общественниками.

У новых же поколений интерес к казачеству – как и к истории в целом – куда меньше, чем у людей позднесоветского времени. Казачество воспринимается молодежью как далекое от современной повестки, от ценностей самовыражения, на которые она ориентирована. Так что теперь задачей нового атамана Кузнецова будет привлечение молодых людей в ряды казаков. Перед назначением он заявил, что хотя основной фронт работы — это «участие казаков в СВО, гуманитарная помощь фронту», но следующее важнейшее направление работы – это казачья молодежь: «Молодежи надо помочь в развитии грантовой деятельности по всем казачьим войскам, в создании и развитии казачьих молодежных центров. Им надо показать перспективы личного развития, чтобы стало очевидно: казачья молодежь - это престижно! Это должен быть живой развивающийся организм».

Новый «всероссийский» атаман – кадровый офицер-вертолетчик, закончил военную службу в звании подполковника и должности заместителя командира - начальника инженерно-авиационной службы авиационной войсковой части Росгвардии на Северном Кавказе. Терским атаманом стал сравнительно недавно – в 2020 году, был произведен в казачьи генералы. Тесно взаимодействовал с полпредством в СКФО, по совместительству с атаманством был и помощником полпреда.

Видимо, при назначении учитывалась и роль терцев в СВО – Кузнецов заявлял, что «терские казаки первыми зашли в ЛНР в марте 2022 года, потом конвой Терского казачьего войска стал первым гумконвоем в Мариуполе». Сейчас в зоне СВО действует казачья бригада «Терек» («бригадообразующим» стал батальон «Терек», сформированный в прошлом году), а недавно на Донбасс прибыл уже 43-й специальный гуманитарный конвой Терского казачьего войска.

Алексей Макаркин

Президентские выборы в Аргентине показали, как история может оказывать влияние на современность.

Полвека назад, 6 сентября 1973 года, аргентинские партизаны из Народно-революционной армии (НРА) захватили здание управления здравоохранения вооруженных сил. К тому времени военные уже передали власть демократически избранному президенту, перонисту Кампоре, тот в свою очередь ушел в отставку, чтобы дать возможность провести 23 сентября новые выборы, на которых победа была гарантирована генералу Перону, которого военные не допускали к участию в избирательной кампании. Так что Аргентиной управлял временный президент, а в стране шла подготовка к голосованию.

Но у левых радикалов были свои планы – им было нужно оружие для революционной борьбы для свержения любого буржуазного режима – хоть военной диктатуры, хоть демократически избранной власти. В 1972 году они похитили главу аргентинского филиала «Фиата» Обердана Саллюстро, требуя за него выкуп – однако, когда полиция обнаружила место, где его прятали, один из боевиков застрелил Саллюстро. В феврале 1973-го – еще при военном режиме – они напали на батальон связи и захватили большое количество оружия.

Но в сентябре армия была готова к возможной атаке – военные быстро блокировали здание управления и принудили боевиков из НРА сдаться. В перестрелке двое военнослужащих были ранены. Командовавший военными подполковник Дуарте Ардой был застрелен уже после того, как революционеры начали сдаваться. В армии были уверены, что его убил один из еще не сложивших оружие боевиков, сами же захватчики выдвигали разные версии (кто-то говорил про шальную пулю, кто-то про выстрел со стороны военных, а кто-то признавал, что стреляли они).

В числе военных, которые находились в здании управления здравоохранения был офицер Эдуардо Вильярруэль, которому в результате пришлось побывать под дулом пистолета. В минувшее воскресенье его дочь Виктория Вильярруэль избрана вице-президентом Аргентины. Она родилась через полтора года после захвата управления здравоохранения. Крайне консервативная католичка (прихожанка храма, принадлежащего Обществу Пия X, резко выступающего против любого либерализма и модернизма в церкви – и, разумеется, критикующего «аргентинского» папу Франциска), Виктория Вильярруэль известна своей защитой интересов офицеров, обвиняемых в преступлениях против человечности при военных режимах 1976-1983 годов (более жестоких, чем режим, существовавший до 1973 года).

По мнению Вильярруэль и ее сторонников, перонистские правительства неуважительно относились к семьям жертв боевиков как НРА, так и другой, более масштабной, леворадикальной организации – монтонерос, включавшую в себя левых перонистов и убивавшую куда больше, чем НРА. Что левые радикалы, замешанные в убийствах как военных, так и гражданских лиц, давно освобождены (а некоторые весьма преуспевают), а боровшихся с ними офицеров преследуют до сих пор. Что в Аргентине шла не «грязная война» военных диктатур против демократии, а война антигосударственных сил против государства и его институтов. Также Вильярруэль лоббирует интересы и современных аргентинских военных, настаивая на увеличении оборонного бюджета до 2% ВВП.

Голосование на президентских выборах в Аргентине показало, что такая точка зрения не является маргинальной в современном аргентинском обществе. Что есть не только семьи пропавших без вести во время диктатуры, но и семьи тех, кто в это время находился на государственной службе и лояльно служил военным режимам. Что для молодых аргентинцев, выросших при демократии, события многолетней давности – это уже история. А многие готовы к всеобщему прощению – раз помиловали боевика, убившего офицера, то можно помиловать и другого офицера, арестовавшего и убившего без суда другого боевика. Такая ситуация способствовала тому, что фигура Вильярруэль, взгляды которой хорошо известны в аргентинском обществе, не стала препятствием для массового — в том числе молодежного - голосования за Хавьера Милея.

Алексей Макаркин

Стремление большинства аргентинцев к переменам перевесило страх перед приходом на пост президента крайне правого либертарианца Хавьера Милея. Во втором туре выборов он победил неожиданно уверенно, получив 56% голосов против 44% у действующего министра экономики Серхио Массы. Милей обошел своего соперника в 20 из 23 провинций страны и в столичном округе Буэнос-Айрес. Масса, представлявший левоцентристское перонистское движение, которое правило в Аргентине в течение 16 из последних 20 лет, в центр своей кампании поставил как раз возбуждение страха относительно того, к каким разрушительным последствиям приведут авантюрные праворадикальные реформы, провозглашаемые Милеем. Однако своей позитивной и вызывающей доверие программы у Массы, по сути дела, не было. Да и какое могло быть доверие к человеку, несколько лет возглавляющему экономику, находящуюся в тяжелом кризисе. За четыре года инфляция в стране подскочила с 54% до 143%. Песо в текущем году обесценилось на 60%, ставки по кредитам превышают 130%. 40% аргентинцев находятся за чертой бедности. У экстравагантной фигуры Милея, конечно, есть своя база идейных фанатов, привлекаемых яростью, с которой он обрушивался на «коррумпированную касту» традиционных политиков. Но немалая часть аргентинцев стояла перед выбором меньшего из двух зол: шоковой терапии, предлагаемой Милеем, или продолжения финансово-экономических невзгод, связываемых с правлением перонистов. И многие решили рискнуть.

В пользу Милея сыграло и то, что он сумел договориться о поддержке со стороны выбывшей после первого тура кандидатки от правой оппозиционной коалиции Патрисии Булрич. Видимо, с этим был связан отказ Милея перед вторым туром от ряда наиболее токсичных идей. Так, он снял с повестки предложения о легализации наркотиков, свободном ношении оружия и создании рынка продажи человеческих органов. Он также заверил избирателей в том, что у него нет планов приватизировать сферы здравоохранения и образования и понизить пенсии. Но и без этого в программе Милея остается немало сверхрадикальных и крайне сомнительных пунктов. Он обещал снизить госрасходы с нынешних 38% ВВП до 23%, упразднить 10 из 18 национальных министерств, приватизировать госкомпании, резко сократить налогообложение и регулирование экспорта. Сохранились и два предложения, вызвавших наибольший шум. Это ликвидация Центробанка, который Милей называет машиной, используемой «политическими жуликами» для печатания денег, и отказ от национальной валюты, полная долларизация экономики. Кроме того, из чисто идеологических соображений Милей настаивает на сворачивании связей с «коммунистическими режимами» Китая и Бразилии, которые являются главными торговыми партнерами Аргентины. Как ни удивительно, но этот взрывоопасный программный коктейль не отпугнул большинство избирателей.

Теперь главный вопрос: что будет происходить, когда Милей 10 декабря приступит к своим полномочиям? Серьезные экономисты считают, что если он попытается начать реализацию в полном объеме своей программы резкого сокращения разбухшего государства и отказа от суверенной эмиссионной политики, то это быстро приведет к обрушению экономики, невиданной безработице и масштабным социальным выступлениям. Но есть немалые сомнения в том, что новый президент, несмотря на свою решительную риторику, пойдет на это. Во-первых, у Милея нет квалифицированной команды управленцев – придя в политику с роли популярного ведущего телевизионных ток-шоу, он создал свою партию «Свобода наступает» всего два года назад. Во-вторых, для осуществления своих планов президенту потребуется поддержка в парламенте и на уровне провинций. Партия Милея сейчас имеет всего 38 мест из 257 в Палате депутатов и 7 мест из 72 в Сенате, ее не поддерживает ни один из влиятельных губернаторов провинций. Для проведения нужных ему законов Милею будет необходимо договариваться как минимум с депутатами от консервативной коалиции «Вместе за перемены». А это значит, что придется идти на компромиссы, отказываясь от наиболее радикальных затей, неприемлемых для мейнстримных политиков и бизнеса.

Александр Ивахник

Политический феномен Амана Тулеева связан с успешным сочетанием патернализма и авторитаризма, помноженных на умение прагматично выстраивать отношения с любыми властями в центре. В этом он соответствовал другим «крепким хозяйственникам», которые в 1990-е годы стали лидерами в своих регионах. Но в каждом случае была своя специфика.

Тулеев стал одним из первых публичных политиков, действовавших на стороне союзного центра в противоборстве с российским в условиях двоецентрия, сложившегося в 1990 году. На стороне Бориса Ельцина было немало популярных политических деятелей, тогда как союзный центр представляли в основном бюрократы советской школы. Вот тут и оказались востребованы Жириновский, Бабурин, Тулеев, готовые отстаивать интересы Союза в спорах с оппонентами. Жириновский и Тулеев стали кандидатами в президенты РСФСР на выборах 1991 года – их задачей было помочь кандидату центра Николаю Рыжкову выйти во второй тур, где потом планировалось собрать воедино все компоненты антиельцинского электората. Победа Ельцина в первом туре сделала такие планы неактуальными.

В первой половине 1990-х годов Тулеев находился на стороне Зюганова, но опирался на свой регион – Кемеровскую область – и был нужнее лидеру КПРФ, чем тот ему. В 1996-м он без колебаний принял от Ельцина назначение в правительство, а в следующем году стал кемеровским губернатором, соединяя, казалось бы, несовместимые роли народного заступника и федерального назначенца (которым он стал перед губернаторскими выборами).

На самом деле Тулеев умел использовать свои отношения с центром, но при этом в публичном поле обозначать дистанцию. Чего стоит только публичный отказ от ордена, врученного ему Ельциным – с одновременным непубличным отказом поддержать лужковский ОВР, что для центра тогда было существенно важнее. И снова – в Кемерово лояльный губернатор, умевший контролировать протест, был значимее для центра, чем центр для него.

Кемерово до Тулеева было центром независимого рабочего движения – и московские демократы искали среди кузбасских шахтеров будущего российского Валенсу. Тулеев был последовательным противником этого движения, которое основывалось на мечте о том, что экономическая самостоятельность позволит шахтерам – привилегированному слою рабочих советского времени – стать еще более сильными и влиятельными игроками. Уголь нужен всегда и всем, рассуждали люди - и ошиблись. И не простили эту ошибку тем, кто убеждал их идти против Союза во время забастовок. Мечта сменилась реальностью – и в этой суровой реальности победил Тулеев, предложивший разочарованным в свободах шахтерам патерналистскую модель, в которой сам выступал в роли распределителя ресурсов и «своего парня», понимающего нужды простого человека.

Региональные авторитаризмы 1990-х годов отличались тем, что жестко ликвидируя оппозицию внутри своих регионов, местные лидеры выступали за слабый центр, следуя принципу бургундского герцога Карла Смелого, который так любил Францию, что хотел бы, чтобы у нее было шесть королей, а не один. Карл, как известно, стал жертвой неумолимого процесса централизации. В России Тулеев, пожалуй, первым из своих коллег понял, что наилучшая стратегия – это вписаться в процесс очередной российской централизации, а не идти против него.

Именно поэтому он оставался во главе своего региона дольше, чем другие. Уже ушли при разных обстоятельствах Лужков, Шаймиев, Рахимов, Строев – а Тулеев продолжал оставаться во главе Кемеровской области, которую уже трудно было представить без него (после отставки быстро выяснилось, что можно). И если бы не случилась трагедия «Зимней вишни», то управлял бы еще некоторое время.

Сразу после окончательного ухода из политики (после губернаторства Тулеев еще несколько месяцев возглавлял облсовет), он получил последнюю награду – орден «За заслуги перед Отечеством» первой степени. Так что теперь с его портретом будет выпущена почтовая марка – в серии, в которой в следующем месяце анонсированы марки с Жириновским и Лужковым.

Алексей Макаркин

После «самоликвидации» непризнанной Нагорно-Карабахской республики, последовавшей после успешной военной операции Азербайджана по инкорпорированию этой территории, многие эксперты и политики поспешили объявить этот гештальт закрытым. Между тем, отзвуки этой истории продолжают время от времени появляться в информационной повестке.

17 ноября Международный суд ООН в Гааге обязал официальный Баку обеспечить возвращение населения, покинувшего территорию Нагорного Карабаха в сентябре 2023 года в результате военной эскалации. Предполагается, что азербайджанские власти согласно постановлению суда должны принять соответствующие меры, чтобы все прошло» безопасно, беспрепятственно и оперативно». Также рекомендовано не чинить препятствия тем, кто пожелает покинуть бывшую НКР-НКАО, но и не понуждать их к отъезду.

Сегодня стороны трактуют решения Международного суда по-разному. Начнем с того, что слушания по делу «Армения против Азербайджана» начались по иску официального Еревана 12 октября. В иске армянская сторона выдвинула 10 промежуточных требований. Спектр их широк, начиная от исключения дискриминационных мер в отношении карабахских армян до сохранения объектов культурного наследия (включая не только религиозно-культовые места, но и памятники трагедии армян 1915 года в Османской империи).

По решению суда официальный Баку должен в течение восьми недель представить отчет о принятых мерах. В Ереване это рассматривается, как поддержка армянской позиции. Согласно оценке МИД Армении, «в истории суда такое количество временных мер никогда не применялось к какому-либо другому государству в рамках одного судебного разбирательств». Но в Азербайджане считают иначе. МИД этой страны «приветствует решения суда, «еще раз подтверждающее территориальную целостность Азербайджана и его суверенитет над Карабахом». И здесь, как мы видим, Баку и Ереван сохраняют разные оценки одного и того же события.

Сергей Маркедонов

Вопреки многим сомнениям Педро Санчес сумел добиться в четверг утверждения на посту премьер-министра Испании в Конгрессе депутатов, а в пятницу уже принес присягу перед королем Филиппом VI и вступил в должность. Все-таки Санчес обладает редкой способностью не просто крупно рисковать, но просчитывать риски и добиваться почти невозможного. Когда в конце мая его Соцпартия потерпела тяжелое поражение от консерваторов из Народной партии (НП) и ультраправых из партии Vox на региональных и местных выборах, то казалось, что его политической карьере пришел конец и он просто досидит в кресле премьера до очередных парламентских выборов в ноябре. Но Санчес совершенно неожиданно объявил о проведении досрочных выборов 23 июля. Вопреки всем прогнозам, Соцпартия на этих выборах хотя немного и уступила консерваторам, но получила почти на миллион голосов больше, чем на выборах 2019 г. При этом сразу стало ясно, что лидер НП Альберто Нуньес Фейхоо не имеет шансов стать премьером, поскольку из-за тесных связей НП с Vox в автономиях за него не проголосуют региональные партии.

Санчес же, заручившись поддержкой союзного с Соцпартией левого блока Sumar, двух баскских партий (левой EH Bildu и правоцентристской PNV) и галисийской партии BNG, вступил в долгие и трудные переговоры с двумя каталонскими сепаратистскими партиями – «Республиканские левые Каталонии» и «Вместе за Каталонию». Особенно сложно было заключить сделку с крайне амбициозным и мало предсказуемым лидером последней Карлесом Пучдемоном, который в период проведения незаконного референдума о независимости осенью 2017 г. возглавлял правительство Каталонии, а затем бежал в Бельгию. Тем не менее, к середине ноября договоренности с каталонцами о поддержке в Конгрессе депутатов были достигнуты, и 16 ноября за Санчеса проголосовали 179 депутатов из 350. Таким образом, в Испании сохранится коалиционное правительство меньшинства, состоящее из Соцпартии и блока Sumar, а региональные партии будут его поддерживать в парламенте, исходя из приемлемости для них конкретных законопроектов.

Однако победа досталась Санчесу дорогой ценой. Главным требованием обеих каталонских партий было принятие законопроекта о всеобщей амнистии для деятелей сепаратистского движения. 13 ноября Соцпартия внесла его в Конгресс депутатов. Законопроект предусматривает освобождение от уголовного преследования более 300 лидеров, активистов и рядовых участников движения за независимость Каталонии, против которых испанским правосудием выдвинуты обвинения в подстрекательстве к мятежу, нарушении общественного порядка и нецелевом использовании государственных средств. Кроме того, под амнистию подпадают около 70 полицейских, обвиняемых в применении насилия к протестующим. Амнистия охватывает события с 1 января 2012 г. по 13 ноября 2023 г., но основную часть амнистируемых составляют те, кто участвовал в проведении незаконного референдума 2017 г.

Большая проблема для Санчеса и его правительства заключается в том, что идея амнистии вызвала в испанском обществе весьма негативную реакцию. Еще до заключения договоренностей с каталонскими партиями в Мадриде и других городах начали проходить многотысячные демонстрации противников амнистии, в которых участвовали и политики из НП и Vox. Особенно бурные столкновения с полицией происходили у офисов Соцпартии. Когда в среду и четверг в Конгрессе депутатов проходили дебаты по утверждению Санчеса на посту премьера, то здание парламента было загорожено, и его охраняли 1600 полицейских. Во время дебатов противники обвиняли Санчеса в лицемерии и предательстве национальных интересов ради сохранения личной власти. Санчес в ответ заявлял, что амнистия позволит разрядить затянувшийся конфликт вокруг статуса Каталонии и создать более сплоченную Испанию «путем диалога, понимания и прощения». Тем не менее, в субботу на демонстрацию протеста в Мадриде собралось 170 тыс. человек. Закон об амнистии будет проходить в парламенте несколько месяцев, а после его принятия депутаты от НП собираются оспорить его в Конституционном суде. Так что положение Санчеса нельзя назвать стабильным.

Александр Ивахник

Менее недели осталось до досрочных парламентских выборов в Нидерландах, которые приведут к появлению в этой важной стране ЕС нового политического лидера. В начале июля премьер Марк Рютте, возглавлявший страну в течение 13 лет, после отставки своего правительства неожиданно заявил о предстоящем уходе из политики. Это решение в конце августа спровоцировало отставку другого известного голландца – исполнительного вице-председателя Еврокомиссии Франса Тиммерманса, отвечавшего за зеленую повестку в ЕС. Тиммерманс решил вернуться в национальную политику и идти на выборы во главе левоцентристского альянса своей «Партии труда» и партии «Зеленые и левые». При этом он не скрывал своих амбиций в отношении поста будущего премьер-министра. Однако добиться заметного прорыва левому альянсу не удалось. Одна из причин этого – крайняя раздробленность нидерландской партийной системы. Сейчас в Палате представителей имеются 20 партий, в выборах будут участвовать 26 партий и 18 из них имеют шансы попасть в парламент. При этом велика степень непостоянства избирателей. Недавний опрос показал, что 51% голландцев собираются проголосовать не за ту партию, за которую они голосовали на выборах 2021 г.

За пять дней до выборов за первое место борются три партийных силы, но ни одна из них, видимо, не наберет больше 20% голосов. По усредненным данным опросов, 19% может получить партия «Новой социальный контракт», созданная всего три месяца назад. Всё дело в ее лидере – одном из самых ярких и харизматичных политиков страны Питере Омцигте. Почти 20 лет он был депутатом от консервативного «Христианско-демократического призыва», в 2021 г. вышел из партии и стал независимым. Омцигт проявил себя как убедительный критик правительства Рютте и всего традиционного политического истеблишмента. В ходе кампании его риторика фокусировалась на повышении финансовой безопасности домохозяйств, особенно низкодоходных, и на изменении управленческой культуры политики. Созданная Омцигтом партия носит отчетливо популистский характер. Так, она предлагает прекратить выплату субсидий на покупку электромобилей и солнечных батарей, поскольку эти субсидии служат интересам богатых. Партия выступает за ужесточение миграционных правил. Предлагается ввести систему предоставления убежища, которая проводит различия между людьми, бегущими от преследований, и теми, кто бежит от войны. Вторая категория должна иметь меньше прав. Также Омцигт высказывается против ранее одобренных масштабных мер по сокращению азотных выбросов, которые вызывают недовольство фермеров.

18% голосов опросы дают праволиберальной «Народной партии за свободу и демократию», которую после Рютте возглавила Дилан Йешилгёз. В уходящем правительстве она была министром юстиции. Новый лидер НПСД провела энергичную кампанию и активно претендует на роль нового премьера. Йешилгёз – дочь бежавших из Турции курдов, она попала в Нидерланды в семилетнем возрасте. Тем не мнее, в вопросах миграции она занимает даже более жесткую позицию, чем Рютте. Как и Омцигт, Йешилгёз выступает за двухуровневую систему предоставления убежища и отмену разрешений на постоянное проживание. При этом, в отличие от Омцигта и Тиммерманса, она не исключает сотрудничества в правительстве с ультраправой антиисламской «Партией свободы» Герта Вилдерса.

Левоцентристский альянс Тиммерманса пока идет на третьем месте с рейтингом 16%. Тиммерманс ведет кампанию с зеленой и социальной повесткой. Альянс выступает за повышение минимальной оплаты труда, рост налогов на крупные компании, увеличение инвестиций в чистую энергетику и теплоизоляцию зданий. Тиммерманс пытается склонить Омцигта, который вроде бы не претендует на пост премьера, к коалиции в будущем правительстве. Однако Омцигт подчеркивает наличие у него расхождений с левым альянсом по вопросам климатической и миграционной политики и отмечает бóльшую близость с позициями партии Йешилгёз. В любом случае ясно, что после выборов правительство будет формироваться на основе коалиции не менее трех партий, а соответствующие переговоры, как это водится в Нидерландах, займут много месяцев.

Александр Ивахник

Скорее всего, вслед за европейским переговорным треком по армяно-азербайджанскому урегулированию и американский столкнется с некоторыми проблемами.

На 20 ноября в Вашингтоне была запланирована встреча глав министерств иностранных дел Азербайджана и Армении Джейхуна Байрамова и Арарата Мирзояна. Но за 4 дня до предполагаемых переговоров из Баку пришла информация, что азербайджанская сторона отказывается от участия в них.

Формируется некоторая тенденция. 25 октября Спецпредставитель Евросоюза по Южному Кавказу Тойво Клаар заявил, что брюссельская встреча между азербайджанским президентом Ильхамом Алиевым и премьер-министром Армении Николом Пашиняном не
Состоится. За три недели до этого армяно-азербайджанские переговоры не состоялись в Гранаде на полях саммита Европейского политического сообщества.

Между тем, у всех этих отказов есть общий мотив. В октябре президент Ильхам Алиев сетовал на проармянские симпатии Франции. В ноябре же представители Баку констатировали, что подходы США грешат односторонностью, что ставит под сомнение посредническую роль Штатов. Все дело в том, что помощник госсекретаря Энтони Блинкена Джеймс О’Брайен на недавних слушаниях в Конгрессе заявил, что Вашингтон приостановил оказание военной помощи Азербайджану, а также отменил ряд важных визитов. Представитель Госдепартамента при этом объяснил все эти шаги американских властей тем, что на переговорах между Ереваном и Баку нет прогресса. Перефразируя классика, на дипломатическом фронте без перемен.

О’Брайен также подчеркнул, что правительство его страны предупредило Баку о неприемлемости жестких действий в отношении Армении. Это представление Вашингтон (как и Париж) сейчас активно продвигает армянской стороне. Мол де Нагорный Карабах - это одно, тут речь об ущемленной территориальной целостности Азербайджана, но собственно «ядровая Армения» - красная линия. Надо сказать, что армянские власти позитивно воспринимают эту риторику. И даже противопоставляют ее якобы отсутствию четких предложений из Москвы. Хотя безопасность Армении сегодня гарантирует именно РФ. Можно обсуждать качество таких гарантий, но со стороны Запада кроме заявлений нет никаких реальных механизмов.

Ранее главы МИД двух кавказских государств встречались в столице США в конце июня 2023 года. Но та встреча была еще до полуторадневной (она же третья) «карабахской войны». И отражала старые реалии, которые были радикально изменены два месяца назад. Сегодня же Баку чувствует себя победителем. И не хочет ограничивать себя замечаниями внешних игроков. Не стоит говорить, что Азербайджан против посредничества Запада, как такового. Заяви Москва нечто, что могло бы быть воспринято в Баку, как потакание армянской стороне, реакция была бы похожа на ту, что прозвучала в отношении высокопоставленного представителя Госдепа. Азербайджан заинтересован в том, чтобы все посредники приняли бы его версию урегулирования за основу. Собственно, эта линия и продавливается Баку. По всем азимутам.

Сергей Маркедонов

Заявления о неполезности высшего образования для женщин и, сделанные ранее – о полезности крепостного права в российской истории и многие другие — выглядят в современном мире странно, но имеют один источник - 1990-е годы.

К тому времени марксизм был дискредитирован советским начетничеством, но после распада СССР и в ходе политической и экономической турбулентности наступило и быстрое разочарование в либерализме. Альтернативой для многих ищущих и думающих людей стал, однако, не европейский консерватизм – будь то эрхардовский или тэтчеровский. Альтернативой стала отечественная архаика – Данилевский, Леонтьев, Победоносцев.

Уже в первой половине 90-х в церковных книжных лавках (кроме нескольких либеральных храмов) было весьма затруднительно купить книги Бердяева или отца Сергия Булгакова – как «еретиков», причем дело было не в давлении сверху (ассортимент таких лавок в то время не проверяли – начальствующим было не до этого), а в реакции снизу. Стало модно цитировать Ильина («Белибердяев») и Солоневича («Бердяи Булгаковичи»), выражая свое эмоциональное отношение не столько даже к давно умершим парижским богословам, сколько к недавним кумирам из «Огонька» и «Нового мира».

Отмена цензуры способствовала тому, что стали активно издавать труды ее пламенных поборников, которые, казалось бы, ушли в историю. Недавние прилежные читатели Милюкова и Бердяева, фрустрированные крахом Союза, стали воспринимать прежних кумиров как «февралистов», виновных в предыдущем распаде страны – и проводили аналогии с событиями, происходившими на их глазах.

Инвективы крайне правой части эмиграции, также в свое время апеллировавшей к Леонтьеву и Победоносцеву, стали восприниматься как куда более актуальные и важные для нашего времени, чем эмигрантский же мейнстрим, которыми были парижские «Последние новости» Милюкова, самая популярная газета русского зарубежья. И непреклонное семинарское богословие архиепископа Серафима (Соболева) – ныне причисленного к лику святых - оказалось более действенным для фрустрированной аудитории, чем неортодоксальные искания светских богословов, в семинариях не обучавшихся. И когда экономическая ситуация выправилась, то идейные процессы не развернулись, так как эффект от распада страны оставался и даже усиливался – чем больше элиты стран СНГ сближались с Западом.

Можно привести цитату о желательных переменах в области образования: «1) Для школ первоначальных. Число их нужно сократить, пока не выкурится из них либеральный европеизм. Школы народные с явно-реальным оттенком гораздо вреднее кабаков. Преподавание в таких школах должно быть исключительно в руках духовенства и особенно черного. 2) Для средних и высших заведений, разумеется, классицизм лучше реализма; но и тут надо заметить, что основной дух самого образования необходимо изменить. Прежде всего надо уничтожить в юношах веру в благоденственное саморазвитие человечества; надо уничтожить в них излишнее обоготворение науки. Надо внести в преподавание и высшее, и среднее строжайший пессимизм в отпор тем учениям, которые от реальной науки ждут рая земного и прекращения всех бедствий и скорбей. Надо с ранних лет внушать молодежи, что не будет на земле ни рая, ни равноправности, ни всеобщего мира, ни царства безусловной правды. Надо, чтобы они выучились верить, что Божественная Истина надежнее и даже научнее глупой мечты о человеческой правде!..».

Не правда ли, очень современно? Это Константин Леонтьев, почти полтора века назад. Из записки, направленной тогдашним начальствующим, в том числе Константину Победоносцеву.

Алексей Макаркин

О встрече Байдена и Си Цзиньпина

1. Встреча Джо Байдена и Си Цзиньпина прошла в условиях, когда обе стороны были заинтересованы в том, чтобы не испортить впечатление от нее. Поэтому Си выразил твердую уверенность в блестящем будущем китайско-американских отношений, а Байден заявил о прогрессе в отношениях и подчеркнул, что прошедшие переговоры «были одними из самых конструктивных и продуктивных» между США и Китаем.

2. В то же время Си назвал американо-китайские отношения «самыми важными двусторонними отношениями в мире» и сказал, что они с Байденом «несут большую ответственность за два народа, за мир и за историю». То есть Си продвигает концепцию биполярного мира, с которой не соглашаются США – Байден говорит лишь о том, что необходимо «ответственно управлять» конкуренцией между двумя странами, чтобы она не переходила в конфликт. Но разногласия были лишь аккуратно обозначены в публичном пространстве.

3. Стороны договорились на основе равенства и взаимоуважения возобновить военные контакты на высоком уровне, которые были прерваны после визита Нэнси Пелоси на Тайвань в 2022 году. Перспективы возобновления контактов были сомнительными, так как новый министр обороны Ли Шанфу, назначенный в марте 2023 года, находился под американскими санкциями, введенными еще в 2018-м, когда он как глава Департамента разработки оборудования курировал военно-техническое сотрудничество с Россией. Сейчас же и Пелоси более не спикер Палаты представителей, и Ли Шанфу в октябре смещен с должности. Так что формальных оснований для прекращения контактов более нет.

4. Для внутриполитической ситуации в США значительную роль играет тема синтетического опиоида фентанила, из-за которого в стране огромными темпами растет количество смертей от передозировки. Прекурсоры фентантила производятся частными компаниями в Китае, откуда поступают в Мексику и затем через границу в США. Теперь Байден и Си договорились, что Китай будет непосредственно преследовать конкретные химические компании, производящие прекурсоры фентанила.

5. Встреча Байдена и Си прошла перед выборами президента Тайваня, которые состоятся 13 января 2024 года. На Тайване действует однотуровая избирательная система, где победителю достаточно получить относительное большинство. Устраивающая Китай оппозиция представлена двумя основными партиями – Гоминьданом и Тайваньской народной партией (ТНП), кандидаты от которых имеют сопоставимые рейтинги с некоторым преимуществом ТНП (25 к 21%). Такой раскол выгоден правящей Демократической прогрессивной партии, выступающей за независимость острова, что совершенно неприемлемо для Китая – ее кандидат пока набирает 29%. Однако перед встречей Байдена и Си Гоминьдан согласился на выдвижение единого кандидата на основе рейтингов – если эти договоренности будут реализованы, то оппозиционный кандидат будет фаворитом. Есть основания полагать, что победа оппозиции устроит и США.

6. Пока что Китай смягчает свою позицию по Тайваню. Reuters сообщает, что Си заявил Байдену, что у Китая нет планов военных действий против Тайваня в ближайшие годы, но изложил условия, при которых может быть применена сила. Официально же Си заявил, что США должны предпринять практические действия для выполнения своих обещаний не поддерживать независимость Тайваня, прекратить вооружать Тайвань и поддерживать мирное воссоединение Китая. Видимо, это и есть китайские условия.

7. Китай и США остаются конкурентами, Байден продолжает называть Си диктатором в ответ на прямой вопрос СМИ (ничего другого без потери лица он сказать не может), но обе страны заинтересованы в том, чтобы не доводить дело до жесткого конфликта. Китайская экономика находится в трудном положении, и руководство Китая не собирается усугублять его – а для США в условиях жесткого противостояния с Россией важно «потепление» в отношениях с Китаем. Си, кроме того, заинтересован помочь Байдену перед американскими выборами, рассматривая его как более предсказуемого партнера, чем Дональда Трампа.

Алексей Макаркин

Молдавский президент Майя Санду заявила о своей неготовности подписать указ о назначении главы (башкана) Гагаузской автономии/ Гагауз Ери Евгении Гуцул членом национального кабмина.

В законе «О правительстве» не указано отдельно членство башкана. Но в другом документе - законе «Об особом правовом статусе Гагаузии» есть пункт, что «башкана утверждает членом правительства президент Молдовы своим указом». По словам Санду, Евгения Гуцул работает на «криминальную группировку» вместо того, чтобы представлять «интересы граждан». И хотя молдавский президент заявила, что имеет все необходимые доказательства, пока что они не представлены суду.

Кейс Евгении Гуцул интересен с нескольких точек зрения. Во-первых, он важен в контексте отношений между центральными молдавскими властями и гагаузской автономией. Сегодня уже мало кто помнит, но в 1990 году Гагаузия была среди пионеров движения самопровозглашенных республик в позднем СССР. В отличие от Абхазии, Южной Осетии или Нагорного Карабаха в советские времена Гагаузия не имела автономной инфраструктуры в составе МССР. Однако рост этнонационалистических настроений в тогда еще советской Молдавии спровоцировал ответную реакцию в виде требований создания Республики Гагаузии в составе Советского Союза. Впрочем, до открытого конфликта дело не дошло, в отличие от Приднестровья Гагаузия получила статус автономного образования в составе Молдовы. И этот кейс долгие годы считался «историей успеха», хотя время от времени Комрат доставлял беспокойство Кишиневу. Это автономное образование известно своими симпатиями к России и особым мнением по широкому спектру вопросов.

Евгения Гуцул победила на выборах башкана автономии во втором туре в мае 2023 года. И отсюда, следует, во-вторых. Она была выдвинута партией оппозиционного лидера Илана Шора. У этой силы конфронтационные отношения с президентской командой. Еще в ноябре прошлого года молдавское правительство обратилось в Конституционный суд республики с требованием проверить партию «Шор» на предмет соответствия Основному закону страны. И в июне 2023 года КС признал ее неконституционной. Правда, 3 октября было вынесено решение о допуске членов партии к муниципальным выборам.

Таким образом, конфликт Санду и Гуцул имеет системные основания. Команда президента Молдавии стремится к гомогенизации внутриполитического пространства. И она немало преуспела в этом. На руку ей играет и российская СВО на Украине, она мобилизует проевропейский электорат, а молдавский президент под предлогом борьбы с «российским наступлением» пытается стигматизировать своих политических оппонентов. Они представляются не как выразители альтернативных подходов, а как «марионетки Кремля». Такой подход применяется и к Гуцул. В июле она была приведена к присяге в должности башкана, но центральные власти бойкотировали эту церемонию. В сентябре 2023 года против нее было возбуждено уголовное дело о превышении полномочий.

Евгению Гуцул считают пророссийским политиком, но свой первый визит после избрания она нанесла в Турцию, где ее принял глава МИД этой страны Хакан Фидан. В Кишиневе многие восприняли этот вояж, как демонстрацию внешнеполитического своеволия. В любом случае Гагаузия остается определенным препятствием для гомогенизации молдавского политического поля.

Сергей Маркедонов

Своими вчерашними перестановками в правительстве Риши Сунак сильно удивил многих не только в Британии, но и за рубежом. Впрочем, увольнение главы МВД Сьюэллы Брэверман, которая накануне субботнего марша в поддержку Газы вопреки замечаниям офиса премьера опубликовала колонку с обвинением столичной полиции в снисходительном отношении к пропалестинским демонстрантам, было ожидаемым. Сомнения касались лишь того, решится ли Сунак удалить подрывающую его авторитет своенравную любимицу правого крыла правящей партии. А вот назначение на пост министра иностранных дел экс-премьера Дэвида Кэмерона было совершенно неожиданным. Напомним, сразу после проигрышного для него референдума 2016 г. о членстве в ЕС Кэмерон оставил не только кресло премьера, но и место в Палате общин. Теперь, чтобы поставить его во главе МИДа, Сунаку пришлось присвоить ему титул пожизненного члена Палаты лордов. Это вообще первый в британской политике за 50 лет случай, когда бывший премьер возвращается в кабинет на роль руководителя Форин-офис. Прежний министр, неамбициозный, спокойный и надежный Джеймс Клеверли заменил Брэверман во главе МВД. Назначение Кэмерона удивительно еще и тем, что на съезде своей партии в начале октября Сунак выступил в роли решительного поборника перемен, отвергающего 30-летний политический и экономический консенсус. А теперь он рекрутирует в свою команду человека, который в течение 11 лет возглавлял партию тори и в течение 6 лет – правительство.

Чем же руководствовался Сунак? Очевидно, он пришел к выводу, что если и дальше заниматься умиротворением крайне правого, национал-популистского крыла партии, резко увеличившего свое влияние в годы борьбы за осуществление брексита, то и так весьма вероятное поражение консерваторов на приближающихся всеобщих выборах станет совершенно неизбежным. Резкий правый крен в сторону изоляционизма оттолкнул от партии многих сторонников традиционного умеренного консерватизма. Кэмерон, несомненно, располагает большим опытом не только во внутренней, но и в международной политике. Однако его назначение главой Форин-офис вряд ли сильно скажется на британской внешней политике. Скорее, это назначение имеет символическое значение, показывая колеблющимся избирателям, что партия тори возвращается в политический центр. Речь, в первую очередь, об избирателях в традиционных бастионах партии в Южной Англии, где сейчас значительно увеличилось влияние центристских Либеральных демократов. Не случайно депутаты-тори, избранные в этих округах, приветствовали появление Кэмерона в кабинете.

Вместе с тем, привлечение Кэмерона в круг ближайших соратников несет для Сунака и немалые риски. Правые в партии воспринимают Кэмерона как идейного чужака и недовольны снижением своего влияния. Теперь они будут ждать сигналов от уволенной Брэверман, которая намерена побороться за пост будущего лидера партии. Но и в стране в целом фигура Кэмерона воспринимается как весьма противоречивая. Он руководил правительством, которое после финансового кризиса долго проводило политику жесткой экономии, что привело к деградации Национальной службы здравоохранения и системы социальных услуг в целом. Противники брексита ставят Кэмерону в вину, что он неосмотрительно пошел на организацию референдума 2016 г. А сторонники брексита не доверяют тогдашнему премьеру потому, что в кампании перед референдумом он выступал за сохранение членства в ЕС. Наконец, пару лет назад разразился крупный скандал в связи с тем, что Кэмерон, будучи платным советником финансовой компании Greensill, тайно лоббировал ее интересы в правительстве, а компания вскоре обанкротилась. Ясно, что все эти слабые места Кэмерона будет активно использовать Лейбористская партия.

Перестановки в правительстве Сунака затронули и ряд других министерских постов. Были уволены два члена кабинета, известные как сторонники Бориса Джонсона, и пять младших министров, которыми премьер был недоволен. В состав правительства вошли несколько молодых депутатов, в которых Сунак уверен. По сути, это последняя возможность для Сунака сформировать команду, с которой он пойдет на выборы.

Александр Ивахник