- Parce que c’est vrai, - ответил парень. - Потому что это правда. Идеальное - скучное. А это… - он обвёл пальцем контур, - …живое.

Она почувствовала, как его палец дрогнул от эмоции, которую тот не позволял себе показать.

Рене медленно повернулась. Ребята стояли так близко, что одежда почти соприкасалась. Она видела, как напряглась его челюсть - попытка удержать контроль, - и как его глаза на мгновение закрылись, будто он прятался от чего-то.

- Жан.

Парень открыл глаза.

- Спасибо, что видишь, - сказала она. - Не просто смотришь, а видишь.

Он помолчал. Потом кивнул, медленно, глубоко.

- Toi aussi. Ты тоже.

Уокер поняла, даже не зная французского. Интонация передала всё.

За окном окончательно стемнело. В комнате горела только настольная лампа, отбрасывая тёплый круг света.


Они были целы. По-своему. Вместе.

Жан отступил на шаг, не отстраняясь, а давая пространство. Рука всё ещё дрожала, но он мягко сжал пальцы в кулак.

- Чай? - спросила Рене.

- Oui. Пожалуйста.

Девушка улыбнулась. Открыто, без напряжения, пошла к столику, где стоял чайник. Моро остался у окна, глядя на спину, уже скрытую свитером.