Так получилось, что новая книга под редакцией Луки Николи «Гореть вместе: близость, истина и уязвимость в современном итальянском психоанализе» вышла почти в то же время, что и фильм Джима Джармуша «Отец, мать, сестра, брат» о поиске близости в семейных отношениях.

В этой книге Лука Николи вместе со своими коллегами размышляет о том, что такое близость в терапевтических и коллегиальных отношениях, что способствует ее установлению, а что, напротив, — ее утрате. Фильм Джармуша, состоящий из трех новелл, показывает яркие примеры того, как бывает непросто родным людям встретиться по-настоящему.

В этом посте мы решили установить связи между столь разными, но близкими по смыслу произведениями, стараясь обойтись без спойлеров.

1.
В первой новелле взрослые брат и сестра едут в гости к отцу, которого давно не видели. Наполненные чувством вины, они представляют отца бедным, беспомощным и одиноким. Отец встречает их на пороге обветшалого дома, где всё говорит о запустении и жизни на грани бедности. Одетый чуть ли не в обноски, он умело скрывает от детей свое благополучие. Родственники, давно далекие от жизни друг друга, делают вид, что говорят по душам, но сами неловко ерзают на диване.

В книге «Гореть вместе» красной нитью проходит идея о том, что главное препятствие на пути к близости — это не сами чувства, а невозможность их понять и разделить с другим. Задача психоанализа — создать такое пространство, в котором пациент может ощущать аналитика как собеседника, способного предложить ему новый опыт, и прежде всего, опыт проживания отношений. Лука Николи отмечает, что неосознаваемый запрос многих пациентов состоит в том, чтобы найти «место, где они могут просто быть, не контролируя всё вокруг». Место, где можно сновидеть самих себя вместе с другим человеком живыми, а не идеальными.

2.
Во второй части сестры едут к матери на ежегодную семейную встречу. В доме матери царит идеальный порядок, интерьер элегантен и тщательно продуман. Разве что дочери нарушают иллюзию совершенства: тревожная и неуверенная в себе старшая приезжает на требующей ремонта машине, младшую — яркую, дерзкую, но импульсивную — тайно подвозит возлюбленная. Разговор не клеится: респектабельной матери важнее поддерживать выверенный ритуал чаепития, чем иметь дело с реальными переживаниями девушек.

Отличным комментарием к этой сцене могло бы стать наблюдение Стефано Болоньини из книги «Гореть вместе»: «многие отношения, возникшие из страха перед одиночеством и одновременно наполненные страхом внутреннего контакта, устроены как стерильные психофизические союзы». Болоньини отмечает, что примером таких отношений может быть и анализ, в котором пациент регулярно посещает сессии, говорит, рассказывает истории и вроде бы ассоциирует, но при этом абсолютно ничего не происходит. Несмотря на существование привязанности, такая связь оказывается формальной, поскольку в ней нет интерпсихического взаимообмена. Так может продолжаться долго, пока в какой-то момент не произойдет что-то, что откроет доступ к настоящей близости.

3.
В третьей новелле темнокожие близнецы, брат и сестра, встречаются после смерти родителей в квартире, где прошло их детство. В противовес предыдущим историям, здесь мы видим подлинную теплоту родственных чувств. Они разбирают старые вещи, обмениваются фотографиями, воспоминаниями, детскими рисунками, и постепенно это становится актом совместного сновидения и способом заново установить эмоциональную связь, которая обоим дарит утешение.

Лука Николи тонко подмечает, что «близость — это совместно создаваемое и создающее состояние, которое характеризует сцену, где здесь и сейчас, там и тогда и везде и всегда сосуществуют и взаимодействуют». Это состояние будто наполняет пространство и время, помогая нам лучше справляться с ограничениями физического мира. Лука пишет: «Парадоксально, но даже боль, когда она проживается как подлинная и когда ее разделяют с другим, может порождать чувство счастья — поэтического счастья необходимой боли, которая обогащает и преображает».