Ана становится более открытой, возможно потому, что больше не чувствует себя одинокой. Ее аутистический барьер стал более проницаемым, и Ана начинает функционировать на другом уровне. Она входит в «другое состояние» и чувствует себя достаточно воодушевленной, чтобы «разморозить» или, возможно, «очеловечить» свой внутренний мир. Она может обрести существование без чувства уязвимости. Ана начинает исследовать свои страхи, когда, например, говорит: «Я подумала, что вы можете расстроиться из-за моего раннего прихода… Я подумала, что могу вам мешать и что мне не следовало оставаться». Отношения между аналитиком и пациенткой изменились. Теперь в них возникают феномены, связанные с проективной идентификацией, проективными трансформациями. Но можно также заметить элементы галлюциноза, трансформации в галлюциноз. Аналитик и пациентка встречаются в другой сфере — в психотической, а не аутистической.