Смертельно вкусно, или Всё зло от поваров

В первой серии
Всё началось не на кухне, а с бандитской разборки.
Сначала меня чуть не пристрелили, но я выжила.
Казалось бы, на этом всё. Но нет, меня снова ожидает опасность.

Серия 2. Плохой доктор

Сижу, вжавшись в кресло, словно оно может меня защитить. Дико болит живот. Ноет, режет, будто внутри кто-то медленно проворачивает нож. Надо что-то делать.

Коллеги позаботились и дали телефон знакомой докторши:
— Вот, на, Катерина Андревна. Классный врач, больница недалеко. Позвони — она тебя примет и поможет.

Едем к Катерине Андревне. Обычная московская больница: пахнет хлоркой, на полу обшарпанный, скользкий линолеум, стены цвета уставшей зелени.

Сайдаш остаётся внизу ждать меня среди унылых фикусов и плакатов о профилактике гриппа.
Я поднимаюсь на этаж хирургического отделения.

— Мне бы Екатерину Андреевну, — говорю я сестричке за постом.
— Ой, а она только что уехала, — разводит руками та. — У неё дома что-то случилось. А что у вас?
Объясняю.

— А давайте я вам другого доктора позову. У нас вот тут сейчас Дмитрий Константиныч свободен, он вас и посмотрит.

Мне так больно, что уже всё равно — хоть Дмитрий Константиныч, хоть чёрт с рогами. Лишь бы помогли.

Захожу в кабинет. Мужчина около пятидесяти, худощавый, изрядно потрёпанный. Лысоват, угрюм, между бровями глубокая складка, взгляд — холодный, настороженный. Видавший виды белый халат — давно не белый, из-под него торчат засаленные, мятые брюки.

В общем, обычный рядовой доктор в обычной рядовой больничке.

Мне — двадцать восемь. Миловидная, успешная и благополучная. В костюме за две тысячи баксов, хоть и помятом. Пахну дорогим парфюмом, а моя сумка стоит как вся его зарплата за полгода. Просто сейчас я уязвима, мне больно и страшно.

— Что с вами, милочка? — спрашивает он, подходя ближе.
Рассказываю: где болит, как и сколько держится температура.

— Вот оно что, — кивает. — Да у вас аппендицит, дорогая. Давайте посмотрим.

Но это больше похоже на досмотр прибывшего в место заключения преступника, чем на осмотр врача.

Странный взгляд у этого доктора, — думаю я. И вопросы странные задаёт.

— Чем занимаетесь?
— А что за бизнес?
— Замужем или нет?

Отвечаю, как примерная школьница. Ведь с детства жила с убеждением, что учителя и врачи — самые уважаемые люди, к ним с почтением надо.

Но чувствую: что-то не то.
И пока рука доктора "заботливо" перемещается на моё колено, по спине, выползая из трусов тоненькой струйкой, поднимается вверх неприятный холодок. Внутри всё сжимается. Даже боль отступила.

— Сейчас оформим тебя на госпитализацию, — переходит на «ты» доктор. — И сегодня же прооперируем.

Почему-то я уверена, что у вегетарианцев не бывает аппендицита. Эта мысль придаёт мне сил спорить с авторитетом.

— Ерунда, — говорит доктор. — Будем резать.
— У меня отпуск через неделю, билеты в Грецию куплены, отель оплачен. Может, обойдётся, анализы сначала?
— Я и так вижу, в чём проблема. Хочешь жить — нужна операция.

Дмитрий Константиныч снисходительно улыбается и "дружески" поглаживает меня по руке.
В его глазах — победа и ощущение власти.

Ему просто постоять рядом с такой девчонкой никогда не светило, а не то, что потрогать. А сейчас я полностью в его власти.

— Подожди, я на минуту, — говорит доктор и выходит из кабинета.

Забыв про боль, я вылетаю следом и несусь по длинному, пахнущему антисептиком больничному коридору, к лестнице.

Слышу за спиной его торопливые шаги, возмущённый возглас. Но бегу, не оборачиваясь.
Только бы не остановил, только бы успеть.

Конец второй серии

В следующей: неожиданное спасение и повариха Жанна, которая вдруг оказывается не так уж безобидна.

#истории_набатарейке