Михаил Альбертович Лебедев (@lebedevmikhaila) — нейроученый. Индекс Хирша — 57 (Google scholar).
https://sites.google.com/site/lebedevneuro/curriculum-vitae
https://scholar.google.com/citations?user=cvd2xxcAAAAJ&hl=en
Post #16334
397
Свобода воли: новые исследования меняют давнюю дискуссию
Вопрос о свободе воли волнует многих (практически как Гондурас). Десятилетиями нейробиологи утверждали, что решения принимаются раньше, чем мы их осознаём, а значит, свобода воли — иллюзия. Социологи, в свою очередь, настаивали, что это полезная иллюзия, делающая нас лучше.
Согласно Сабин Хоссенфелдер, три недавних исследования вносят изменения в эту дискуссию.
В знаменитом эксперименте 1983 года невролог Бенджамин Либет обнаружил, что мозговая активность указывает на намерение двинуть пальцем раньше, чем человек осознаёт это. Результат многократно воспроизводился.
Первая новая работа ставит под сомнение не сами результаты, а их интерпретацию. Проблема в том, что участников просили точно сообщить, когда они осознали нечто, — а это не лучший измерительный инструмент. Команда из Лондона улучшила метод: 51 человек печатал случайные слова из заданных категорий, и измерялась мозговая активность. В паузах между словами исследователи случайно спрашивали, знают ли участники уже следующее слово. Оказалось, что если решение уже было принято, сигнал мозга о предстоящем действии был сильнее. Вывод: неверно будто мы сначала принимаем решение, а потом осознаём его и придумываем, что это был наш выбор.
Вторая работа поддерживает это общим аргументом. Когнитивный нейробиолог Томас Джеймс сомневается в допущениях стандартной интерпретации. Нейробиологи обычно описывают поведение как последовательность восприятия, решения и действия, но, по Джеймсу, внезапного момента решения не существует. То, что называется решением, — это процесс, в котором сенсорный вход и моторные процессы развиваются, приводя или не приводя к действию. Ранняя мозговая активность, которую наблюдал Либет, была не бессознательным решением, а лишь ранней частью этого процесса. По сути, эксперимент, якобы убивший свободу воли, показал лишь, что решения занимают ненулевое время.
Третья работа австралийской команды пересматривает утверждение, что люди, настроенные сомневаться в свободе воли, чаще поддерживают морально сомнительные действия. Вместо вопросов о моральных провалах участников просили вспомнить, когда они кого-то обидели или когда обидели их. Те, кто затем читал аргументы, что свобода воли — иллюзия, позже сообщали о большем самопрощении и прощении других.
С пропагандой отсутствия свободы воли есть проблема. Она в том, что, убеждая людей не верить в свободу воли, комментаторы на самом деле подталкивает их к мысли, что люди не отвечают за свои действия. Но это не имеет смысла: независимо от того, даёт ли мозг свободу воли, именно человек и его мозг приводят или не приводят к действию. Вопрос ответственности сводится к тому, какая мера могла бы предотвратить результат. Если Боб чихает, вряд ли он мог это предотвратить. Если Боб съедает пончик Евы, предупреждение о последствиях скорее всего предотвратило бы это. Поэтому Боб отвечает за кражу, но не за чихание, и для этого не нужно упоминать свободу воли.
https://youtu.be/15s0OWN4BSI?si=204K2xZBzLBikPHh
YouTube Neuroscience’s Case Against Free Will Is Falling Apart 🌏 Boost your online protection with an all-in-one security app! Get an exclusive NordVPN offer here + 4 extra months ➼ https://nordvpn.com/sabine Risk-free thanks to NordVPN's 30-day money-back guarantee!
In 1983 Benjamin Libet found that brain activity… Вопрос о свободе воли волнует многих (практически как Гондурас). Десятилетиями нейробиологи утверждали, что решения принимаются раньше, чем мы их осознаём, а значит, свобода воли — иллюзия. Социологи, в свою очередь, настаивали, что это полезная иллюзия, делающая нас лучше.
Согласно Сабин Хоссенфелдер, три недавних исследования вносят изменения в эту дискуссию.
В знаменитом эксперименте 1983 года невролог Бенджамин Либет обнаружил, что мозговая активность указывает на намерение двинуть пальцем раньше, чем человек осознаёт это. Результат многократно воспроизводился.
Первая новая работа ставит под сомнение не сами результаты, а их интерпретацию. Проблема в том, что участников просили точно сообщить, когда они осознали нечто, — а это не лучший измерительный инструмент. Команда из Лондона улучшила метод: 51 человек печатал случайные слова из заданных категорий, и измерялась мозговая активность. В паузах между словами исследователи случайно спрашивали, знают ли участники уже следующее слово. Оказалось, что если решение уже было принято, сигнал мозга о предстоящем действии был сильнее. Вывод: неверно будто мы сначала принимаем решение, а потом осознаём его и придумываем, что это был наш выбор.
Вторая работа поддерживает это общим аргументом. Когнитивный нейробиолог Томас Джеймс сомневается в допущениях стандартной интерпретации. Нейробиологи обычно описывают поведение как последовательность восприятия, решения и действия, но, по Джеймсу, внезапного момента решения не существует. То, что называется решением, — это процесс, в котором сенсорный вход и моторные процессы развиваются, приводя или не приводя к действию. Ранняя мозговая активность, которую наблюдал Либет, была не бессознательным решением, а лишь ранней частью этого процесса. По сути, эксперимент, якобы убивший свободу воли, показал лишь, что решения занимают ненулевое время.
Третья работа австралийской команды пересматривает утверждение, что люди, настроенные сомневаться в свободе воли, чаще поддерживают морально сомнительные действия. Вместо вопросов о моральных провалах участников просили вспомнить, когда они кого-то обидели или когда обидели их. Те, кто затем читал аргументы, что свобода воли — иллюзия, позже сообщали о большем самопрощении и прощении других.
С пропагандой отсутствия свободы воли есть проблема. Она в том, что, убеждая людей не верить в свободу воли, комментаторы на самом деле подталкивает их к мысли, что люди не отвечают за свои действия. Но это не имеет смысла: независимо от того, даёт ли мозг свободу воли, именно человек и его мозг приводят или не приводят к действию. Вопрос ответственности сводится к тому, какая мера могла бы предотвратить результат. Если Боб чихает, вряд ли он мог это предотвратить. Если Боб съедает пончик Евы, предупреждение о последствиях скорее всего предотвратило бы это. Поэтому Боб отвечает за кражу, но не за чихание, и для этого не нужно упоминать свободу воли.
https://youtu.be/15s0OWN4BSI?si=204K2xZBzLBikPHh
