Венесуэльские мифы (часть II): многие тысячи ПЗРК

Другой кочующий из обсуждения в обсуждение вопрос — это организация противовоздушной обороны Венесуэлы. Если с подавлением и уничтожением российских ЗРК и истребителей широкая публика с трудом, но смирилась, то недавний повод для гордости Николаса Мадуро в лице пяти тысяч переносных зенитно-ракетных комплексов стал предметом настоящих теорий заговора.

Проистекают они, впрочем, все из тех же банальных некомпетентности и отсутствия знаний. В постсоветской военной мифологии ПЗРК играют роль «»абсолютного оружия», что, полагаю, связано с событиями и специфическим опытом советской кампании в Афганистане, где американские системы Stinger стали своего рода бичом авиации СССР.

Для авиации прошлой, аналоговой эпохи ПЗРК действительно выступали серьезной угрозой. В условиях отсутствия полноценной ситуационной осведомленности (которая сегодня в развитых странах представляет собой буквально трехмерное моделирование, словно бы в стратегической компьютерной игре) расчет с подобным вооружением имел видимое преимущество в виде фактора неожиданности и скрытности. Пилоты, скажем, боевого вертолета находились в равном положении с вооруженными ПЗРК пехотинцами — и тем, и другим требовалось установить визуальный контакт с потенциальной целью, говоря проще, найти друг друга.

Данная ситуация серьезным образом переменилась с развитием и массовым внедрением качественных мультиспектральных оптико-электронных систем, которые позволили серьезно расширить возможности авиационной техники, в том числе вертолетной. Поиск и селекция наземных целей ускорились и упростились — расчеты ПЗРК из охотников стали добычей. Данное утверждение более чем красноречиво подтверждают потери ВС США от данного типа вооружения за последние 35 лет (!) — было задокументировано лишь 4 (!) случая поражения вертолетов с использованием переносных зенитно-ракетных комплексов.

ПЗРК — совершенно не простое оружие как с точки зрения использования, так и тактики применения. Это сложная и громоздкая система, которая требует определенного уровня квалификации, опыта и знаний от своего пользователя. Более того, она совершенно недешевая — достаточно сказать, что даже в ВС США большая часть штатных операторов данных систем не имеет опыта реального пользования ПЗРК хотя бы в учебных пусках из-за стоимости самой ракеты (что уж говорить о менее богатых армиях). Кроме того, оно более чем заметное и специфичное — расчет переносной зенитной ракеты легко вычисляется на поле боя при наличии.

Венесуэльский арсенал ПЗРК был представлен ракетой 9К38 «Игла» — весьма капризной и требовательной системой, которая требует большого количества манипуляций в ходе подготовки к выстрелу. Если, скажем, Stringer работает по принципу «выстрелил-забыл» (хотя процесс его наведения на цель также нельзя назвать легким), то «Игла» требует ручного наведения, стабилизации, подтверждения захвата, а после выстрела — непрерывного отслеживания цели.

Помножьте все перечисленное на следующие факторы: бои в Каракасе шли в ночных условиях. Какое-либо централизованное управление системой ПВО полностью отсутствовало (расчеты были просто-напросто слепы в условиях полного информационного вакуума). Американская авиация полностью контролировала город — не просто воздушное пространство, а именно что сам город, координируя удары по всем подозрительным целям в режиме реального времени благодаря массе разведывательных и ударных БПЛА (на минуточку, в операции принимали участие даже сверхпродвинутые RQ-170 из арсенала ЦРУ), данные с которых сводились в единый массив и мгновенно обрабатывались тактической экспертной системой по типу Lattice от Anduril — словом, это и есть настоящая сетецентрическая война, когда данные от всех боевых единиц мгновенно проходят централизованную обработку и становятся доступны в глобальном виде всем же боевым единицам.

@atomiccherry 💯