Хорошо, но здесь возникает вопрос – зачем РФ что-либо вкладывать в Африку или Ближний Восток?

Начать стоит с того, что после распада СССР Москва в корне (и вполне здраво) пересмотрела свои взаимоотношения со странами в удаленных регионах. Советский Союз вкладывал колоссальные средства вполне себе в рамках пресловутой «мягкой силы», но в конечном итоге не получил в свое распоряжение хоть сколько-нибудь устойчивых сателлитов – все спонсируемые в тот период государства так или иначе использовали свои взаимоотношения с Москвой в качестве торга с государствами Запада (достаточно вспомнить яркий пример Египта и Садата, можно и Ирак с Саддамом).

Еще раз – СССР строил инфраструктуру, поставлял ширпотреб, оружие, давал образование сотням тысяч жителей Африки и Ближнего Востока. Это не принесло никакой выгоды. Приобретатели помощи оказывали услуги только в том случае, если их интересы имели некие точки взаимного пересечения с интересами Москвы.

Политика РФ стала диаметрально противоположной. Москва, пожалуй, пришла к принятию иранской модели – поиску не сателлитов или союзников, а прокси. РФ делает ставку на тех, кто отчаялся и находится в безвыходной ситуации – и это работает (и это правильно). Формально круг российского влияния в разы ниже советского, но качество его находится на другом уровне – находящиеся в нем страны не имеют никакого шанса для маневра. Кто угодно может продавать им ширпотреб и строить порты – необходимый уровень безопасности может обеспечить только Москва (куда, например, может сманеврировать клан Асадов? Я много читал версий за прошедшие годы о том, что сейчас их вот-вот перехватят саудиты, слышал аналогичное о турках, но вот прошло уже немало лет, а Сирия лишь еще более плотно зажата между РФ и Ираном).

Далее – скажем, пять лет назад рассуждать о подобных активностях с точки зрения экономических интересов смысл имело. Сейчас же ситуация немного изменилась. Требуются иные активы и иные выгоды. Ведение боевых действий требует крайне ценного ресурса – людской массы. И как можно наблюдать, российская работа в Африке (и не только) имеет определенные успехи в данном направлении. Ни для кого уже не секрет, что в российских военных частях стали появляться солдаты из крайне экзотических стран – подозреваю, этот тренд будет лишь нарастать.

Проблема в том, что наемники не едут из благополучных стран. И создавать в странах неблагополучных благоприятные условия жизни как минимум абсолютно недальновидно и невыгодно – потому что это лишь снижает количество заинтересованных в том, чтобы быть кондотьерами в какой-то далекой стране.

При этом само по себе наемничество – очень сильный инструмент влияния. Эти люди будут получать в РФ деньги, навыки, гражданство, обретать некий бэкграунд, от которого они уже никогда не избавятся; при этом он не требует никаких глобальных инвестиций.

«Мягкая сила» через торговлю и сериалы – хорошая штука, но люди не идут за это убивать и умирать. Грузины не пойдут воевать за Анкару из-за турецких футболок, кофе и строительных фирм, а боевики из аннексированных Турцией регионов севера Сирии, которые живут в режиме строго контролируемой военно-полицейской нищеты – идут и воюют.

С РФ и её действиями в Африке это работает аналогичным образом – это вполне здравая циничная логика.

@atomiccherry 💯