Причины формирования позиционного тупика (часть IV): роль личности и качество командного состава

«Должным образом обученный офицер никогда не приходит на поле боя впервые, даже если до этого он никогда на него не ступал в реальности, если этот офицер достаточно умен, чтобы читать, тем самым перенимая боевой опыт тех, кто получил его в прошедшие времена»

– генерал-лейтенант Пол Ван Рипер, Корпус морской пехоты США.

Военное строительство не является некой абстракцией. Это набор решений, которые предпринимаются не некими «системами», а конкретными людьми – и именно люди определяют степень развития военного искусства и готовности армии к ведению боевых действий. Закономерно и то, что в таком случае лица, принимающие решения, должны иметь не только соответствующий уровень компетенций, но и высокий уровень интеллекта (по некой таинственной причине, данные факторы в лице фактора качества интеллектуального потенциала офицера и генерала поднимались как само собой разумеющиеся исключительно в Рейхсвере и Вермахте).

Великая Война (которую мы привычно называем Первой Мировой) была таковой не только потому, что она имела невероятный масштаб; настоящая подоплека крылась в том, как сильно она потрясла незыблемые, казалось, структуры, ибо стала крайне отрезвляющим ледяным душем для групп лиц, по обыкновению именуемых «национальными элитами». Новая мировая война была лишь вопросом времени, и едва ли хоть кто-то питал иллюзии относительно того, что она будет менее ожесточенной, чем Первая; военное строительство отныне стало вопросом выживания.

По сути, Первая Мировая запустила ряд мер критического характера – в систему военного управления впервые за долгое время были допущены лучшие не по происхождению, а по заслугам, потенциалу и умению учиться. Кадровые чистки и перестановки безостановочно продолжались не только во время боевых действий, но и по их окончанию – там же, где это не происходило, как, например, во Франции, исход был закономерно печальным.

@atomiccherry 💯