К слову сказать, гибридная война, помимо прочего, является отличной точкой применения избытка военных кадров.

Чрезвычайно часто можно наблюдать весьма любопытную картину: в западных think tank и «независимых агенствах» работают весьма крупные чины, сделавшие карьеру в военных или разведывательных структурах. Процесс этот закономерен – в НАТО уже много десятилетий используется комплексная подготовка офицерских кадров; скажем, естественной нормой считается наличие у офицера ранга полковника двух-трех военных специальностей и пары гражданских – например, по психологии и лингвистике. На выходе получаются всесторонне развитые специалисты, готовые как к работе в штабе, так и в аналитическом центре. Формирование структур гибридной войны помогает трудоустроить этих людей после отставки или же в случае, если они не приживаются в рамках системы – на гражданском же рынке труда такое количество специфических специалистов просто не нужно.

Аналогичным образом поступает и КНР – после сокращения НОАК десятки тысяч армейских кадровых офицеров отправились на службу в так называемое «морское ополчение». Его, безусловно, сложно причислить к полноценным структурам гибридной войны, но принцип понятен – лишние кадры продолжают приносить пользу государству, отрабатывая затраченные на свою подготовку средства и по окончанию официальной службы.

@atomiccherry 💯