Продолжаем рассуждать о зоне влияния.

Предлагаю обсудить чрезвычайно интересную тему – а почему, собственно, современная Россия ее абсолютно лишилась?

Стоит предупредить сразу: я не собираюсь как-либо смягчать свои тезисы и пытаться выставить действия Москвы в лучшем свете.

Это важные вопросы, которые требуют правды и честности – а они, как известно, редко бывают приятными.

Как было сказано выше, сателлит по умолчанию является не менее важной частью системы взаимоотношений, чем центр силы. Их симбиоз призван в равной степени удовлетворить интересы обоих сторон, не ущемляя того или иного участника процесса.

России, несмотря на успешный опыт ранних этапов становления СССР, данный факт не просто малопонятен – он для нее, пожалуй, просто не существует.

В понимании как российского обывателя, так и политолога или же политика, у сателлита просто не может существовать никаких собственных интересов, нужд и потребностей.

Это выражается в абсолютно уничижительном отношении практически ко всем постсоветским странам, которое провоцирует их на еще более активные попытки максимального дистанцирования от России.

Взять, например, агрессивно продвигаемые идеи «русского мира» и тезис «не существует украинцев/беларусов, есть только обманутые русские». Имеют ли они хоть какое-то отношение к реальности? Нет. На протяжении десятилетий неумелая пропаганда Москвы педалировала борьбу с уже свершившимся фактом – фактом того, что несколько десятков миллионов человек идентифицировали себя, как отдельные от России народы.

Имела ли данная идеологическая борьба хоть какое-то значение в рамках существующих на тот момент экономических взаимоотношений и политического нейтралитета? Нет. Она лишь активно их подрывала, подпитывая страхи населения зоны влияния и способствуя росту гипертрофированного национализма.

В сущности, население постсоветских республик может идентифицировать себя абсолютно любым образом – это не имеет никакого значения, если они экономически и политически зависимы от России. Основной приоритет державы в данном вопросе – это ресурсная база сателлита и его рынок.

Все национально-идеологические конструкты в данном отношении второстепенны.

В данном случае более чем показателен пример США. Несмотря на все условности взаимодействия с сателлитами, американцы практически никак не взаимодействуют с их «национальными причудами». Смертная казнь в Эмиратах? Ничего. Отвратительное отношение к женщинам в Японии? Не наше дело. Запрет абортов в Польше? Какой ужас, мы не заметили.

Их отношения с зоной влияния строятся в первую очередь на экономическом и военном партнерстве. Сателлиты поглощают американские технологии и платят за их постпродажное обслуживание, проводя политику, не противоречащую интересам Вашингтона. Достаточно ли этого? Да.

Для реализации такой стратегии вовсе не нужно принуждать японцев праздновать День Независимости США, а датчан – годовщину взятия Багдада. Или, например, рассказывать, что британцев и австралийцев не существует – это обманутые американцы.

Но именно подобной абсурдной логикой руководствуется российская политика, а вслед за ней – и интеллектуальные круги российского общества.

@atomiccherry 💯 о #зона_влияния