атомарный флекс

Вчера я увидел, что Жанна Зарецкая написала обзор на «Хаос», но единственным замолчала мой спектакль. Это потому что я из тусовки «хамов», наверное. Кэнселинг, так сказать. Хотя она сказала там кое-что: «Был ещё ряд перформативных спектаклей более или менее удачных, из которых меня лично впечатлил спектакль «Дальше» Дмитрия Гомзякова, родившийся в томском ТЮЗе и попавший в лонг-лист «Золотой Маски». Ну либо я ослеп на счёт искусства театра и себя самого, либо мой спект настолько плох, что его можно единственным даже вслух не упомянуть. Я думаю, что тут что-то другое. Но мне не интересно в очередной раз погружаться в анализ тусовки, которая совершила экспансию в институциональном театре. Поэтому просто поделюсь текстом Жанны, а вы уже сами решайте, читать или нет. Я упомянул кейс с текстом Жанны для того, чтобы подчеркнуть, насколько проект «Артём Томилов» проблематично продирается через реальность. Или вот, например, есть такой Омский журнал о театре «Омск театральный», который выпустил номер, подведя итоги целого сезона в Омске. Но там не только об «Антоне Томилине» нет ничего, там нет даже упоминания «Площадки 2V». Ну вы сами посмотрите на этот журнал с дизайном и стилем письма 1947 года: https://clck.ru/aeriQ. В общем, приходиться делать рисёрч, искать способы как раскачать эту историю.

И вот уже пару дней я думаю, что надо сыграть спектакль зимой, иначе он подохнет. Катя сейчас учится в магистратуре на Новой сцене, работает удалённо, и поедет в театр только после нового года, будет чекать обстановку. Сам театр никакого сигнала не подаёт. Мы сами задали такой закон — мы предлагаем следующую дату, но хоть спросить можно было, встречные ветры все дела. Но там слишком много людей рады будут, если я вообще никогда не появлюсь в театре. К счастью, не директор (я так осторожно думаю), поэтому есть некоторый канал адекватности, на который можно как-то положиться. И так как нет никакого фестиваля впереди, куда бы нас позвали, надо сделать репертуарный прокат. Я думаю, надо лететь самому, где-то брать деньги на билет, придумать какую-то обвязку. Выбраться в СМИ, в местный глянец. Устроить лекцию. Или лабораторию. Когда подумал про лабораторию, вспомнил, как у меня ничего не вышло с домом актёра в лице Наташи Швирст, которая просто пропала. Не злюсь на неё, это Омск и она просто не знает, что пропадать не современно. Удачи ей на самом деле. может ещё пересечемся, буду не против. В общем, надо делать лабу самому. Именно для Омска я разработал лабораторию концептмейкеров. Но она сложная, нужна поддержка. Поэтому думаю что-то более мобильное. Есть идея сделать сайт-специфик, или несуществующего театра. Так я смогу попробовать отбить деньги на билеты. Такие дела. Видите сколько лабиринтов вокруг одного реперутарного спектакля, которых статистически в России вообще-то тысячи в год выходит.

Ну и последнее. После Новосибирска кураторы «Маска Plus» — одной из программ «Золотой маски» — Лёша Платунов и Таня Джурова предложили свозить спектакль в Москву, в эту программу. И тут была настоящая драма. Мне нужно было решить, что важнее — моя клятва не иметь дело с ЗМ, или возможность пробить всю броню Омской подковёрности и пассивного газлайтинга. Помню, серьёзно мучился. И пусть М+ это программа, которую все хейтят, даже не-хейтеры, говоря «ну это зашквар» и полный беспорядок, всё равно это была бы пушка для Омска. Итогом стало моё решение не ехать. Эмансипация от «Золотой маски» более глубинная задача, чем продвижение «Артёма Томилова» любой ценой. Я поговорил с ребятами в чате, всё им как на духу рассказал, и они меня поддержали. Это было до слёз круто, что они мне там говорили. Это я к чему? Друзья, сюжет прямо интересный и полный острого содержания. Если кто-то знает, как можно включить спектакль куда-либо, или знает, где взять денег на гастроли в Питер — ПИШИТЕ МНЕ!!!!

Про спектакль «Артём Томилов»

Признаться честно, мне не хватило адекватного фидбэка на этот спектакль. Адекватного, конечно, моим представлениям о прорывном факте всего комплекса процессов, которые там замешались. Благо был устный фидбэк от Маши Слоевой, Олега Циплакова, Ани Соколковой, Александрины Шаклеевой, подробный от Оли Таракановой у неё на канале, от Лёши Платунова в директе, ещё пара небольших хороших абзацев в обзорах на фестиваль «Хаос», на котором мы показывали спектакль, отзыв зрительницы в фб Елены Петровой, Омская пресса, ну и конечно потоковые небольшие реплики от зрителей в Омске. Всё, кажется. При этом большинство из них затрагивают только части из заложенного там, то есть действительно внимательно слишком мало людей на это посмотрели. А мне-то кажется, что проект — исторический прецедент, не меньше; в эстетике, драматургии, способе производства, работе с контекстом, перформативности и настройке актёрского существования. Наверное, это один из редких случаев, когда ко мне подбирается некоторая фрустрация от невнимания. Правда не только от этого я продолжаю думать, что делать со спектаклем дальше. Мы думаем вместе с Катей Кулаковой, которая явялется кураторкой «площадки 2V» в Пятом театре, где спектакль выпущен. Мы изначально желали спектаклю пожить не меньше парочки лет, сделать его фестивальным, и показывать именно в статусе уникального выставочного котика. Мне до сих пор (возможно ошибочно) кажется, что иначе и быть не может. Мне кажется, что обычный репертуарный прокат без генерации специального событийного контекста этому спектаклю не подойдёт. Тут сразу несколько причин. Во-первых, он сделан вопреки привычкам и распорядку Пятого театра, то есть перед показами его надо отстраивать. Мне нужно оказываться в театре перед прокатом. Во-вторых, он постоянно меняется во времени, поэтому опять же надо мне и актёрам его вместе отстраивать. В-третьих, моё присутствие на всех показах стало интересной составляющей самого спектакля. В-четвёртых, чтобы организовать контекст около показа нужно работать, и я сам оказываюь тем, кто может и знает как это сделать. Да, я воспринимаю этот проект как выпускающийся каждый раз как в первый раз, но это идёт не только из основ школы российского театра, но и смого строения и сути проекта. Естественно, сегодняшние репертуарные театры к этому не готовы, возить режиссёра, это будет накладно, и в широкой мотивационной сетке подобный проект сейчас является лишним, он из другого измерения. Я на это изначально пошёл. Зная всё. Уверив себя, что буду на все сто процентов включён, буду находить возможность приезжать, пока не почувствую, что ему пора закрываться, что сама жизнь изменилась и он уже не релевантен. Пока у нас было пять показов, и всегда я был рядом. Последний раз на «Хаосе», благодаря которому спектакль укрепился, как внутри себя, так и в статусе для окружающих.

UPD.

Понятно, что я мечусь между радикально новыми делами и возможностью финансово не-тревожно заниматься перформативным театром. Мой текст показывает это, кажца. Мой текст как комок снега с грязью.

Завтра Новый год. Любая мысль о нём вызывает во мне помутнение. Планов ноль, желания тоже. Вернувшись недавно из парной рабочей поездки в Казань и Калининград, еле смыкаю мысли. Тут и отходняк фрилансера, характеризующийся быстрой концентрацией на точках работы и последующим выпадением в болезненную финансовую неопределенность (тем более, если разрыв между оплачиваемой работой большой), и общий кризис явлений, накрывающий меня время от времени. Это сродные кризисы, существующие в одном клубке обстоятельств, но всё же разные.

Театральное визионерство в России это прекарная жизнь, пунктиром отупляющая тревогами, особенно если вы зажаты между презрением к существующему ландшафту и необходимостью работать с ним как с ресурсом. Прекарное визионерстово — сколько в этом режиме можно существовать? Зависит от воли конкретного человека. Я существую долго. Отсюда вытекает и второй кризис — общих явлений. Я уже писал тут о нём не раз. Каждый раз кризис общих явлений новый по составу, ведь я меняюсь, как и жизнь вокруг. Каждое наползание кризиса общих явлений порождает чувства, вытекающие из корреляции ещё большего разочарования в людях и желания жить хорошо. В начале кризиса страдаю бессилием, вплоть до того, что забываю как вставать со стула, а потом начинаю искать решения — на сегодняшний день всегда в сторону выхода из попыток пробить инерцию театра, то есть думаю о другом деле. Тяжело, конечно. Лично мне. Я столько сделал для того, чтобы смочь строить многоуровневые миры, а придётся этот скил перенастроить на что-то другое. Но ладно бы кризис базировался на простой необходимости выбрать театр или не театр. Чтобы из театра уйти, по крайней мере из такого, который тебя сожержит (или мог бы ахах), нужно знать куда. А я ведь настолько глубоко и плотно сидел в бесконечном производстве театра и перформанса, что мне теперь нужна пауза для того, чтобы перенастроить мозг на другое, а эту паузу нужно проплатить, но денег нет. Короче, сложноутроенная замкнутость. Надежда только на способности. Те, которые всегда вытаскивали. И на альернативные рынки театра, которые я в том числе создавал. Но лично у меня их пока нет столько, чтобы закрывать все потребности. Поэтому когда я говорю «уходить из театра», то имею ввиду уход из того, что принято под этим понимать, из институционального. Бля, смешно, что я собрался из него уходить, не зайдя в него даже толком.

Дополнительным сюжетом в этой полифонии противоречий разрослось нежелание оставить театр всем этим конформистам, чтобы они ещё 20 лет просто копили жирок и пиздели свои квази-любовные речи Искусству и его роли в социуме. Прямо вот хочется продолжать что-то делать, чтобы возникало равновесие, или ещё круче — заряд для сноса хтони в будущем. Есть ощущение, что некоторое условно-длинное время я ещё позанимаюсь танцами с институциями, но в 2022 нужно как-то радикально менять настрик и методы, потому что проблематизация ландшафта высасывает много сил, а мне пора подумать о сохранении себя. Надо беречь здоровье. Вот в этом состоянии тупости и слабости я и думаю над новыми методами, пытаясь для начала исключить из фантазирования старые. Конечно, весь этот объём чувств и состояний не замкнут на положении дел в профессиональной практике. Всё существует в едином взаимодествии. Есть политические переживания. Есть личные. Которые также вписаны во всё, что я тут сказал. И во всех остальных элементах я тоже ищу новые методы.

В эти часы прямо хочется слать нахуй. Типа «театралы идите нахуй, история вас ещё ёбнет шваброй по голове». Но при этом продолжаю думать об уже существующих проектах. Даже иногда мечтаю о новых сценических спектаклях, забываясь на минуту-две. Вот какой человек сложный. Существует в постоянной одновременности. В фейсбуке этого не видно, а в твитере и сторис инстаграма видно. У некоторых. Например, вчера и сегодня думаю про спектакль «Артём Томилов». Следующим постом напишу что и как я о нём думаю.