Завтра Новый год. Любая мысль о нём вызывает во мне помутнение. Планов ноль, желания тоже. Вернувшись недавно из парной рабочей поездки в Казань и Калининград, еле смыкаю мысли. Тут и отходняк фрилансера, характеризующийся быстрой концентрацией на точках работы и последующим выпадением в болезненную финансовую неопределенность (тем более, если разрыв между оплачиваемой работой большой), и общий кризис явлений, накрывающий меня время от времени. Это сродные кризисы, существующие в одном клубке обстоятельств, но всё же разные.

Театральное визионерство в России это прекарная жизнь, пунктиром отупляющая тревогами, особенно если вы зажаты между презрением к существующему ландшафту и необходимостью работать с ним как с ресурсом. Прекарное визионерстово — сколько в этом режиме можно существовать? Зависит от воли конкретного человека. Я существую долго. Отсюда вытекает и второй кризис — общих явлений. Я уже писал тут о нём не раз. Каждый раз кризис общих явлений новый по составу, ведь я меняюсь, как и жизнь вокруг. Каждое наползание кризиса общих явлений порождает чувства, вытекающие из корреляции ещё большего разочарования в людях и желания жить хорошо. В начале кризиса страдаю бессилием, вплоть до того, что забываю как вставать со стула, а потом начинаю искать решения — на сегодняшний день всегда в сторону выхода из попыток пробить инерцию театра, то есть думаю о другом деле. Тяжело, конечно. Лично мне. Я столько сделал для того, чтобы смочь строить многоуровневые миры, а придётся этот скил перенастроить на что-то другое. Но ладно бы кризис базировался на простой необходимости выбрать театр или не театр. Чтобы из театра уйти, по крайней мере из такого, который тебя сожержит (или мог бы ахах), нужно знать куда. А я ведь настолько глубоко и плотно сидел в бесконечном производстве театра и перформанса, что мне теперь нужна пауза для того, чтобы перенастроить мозг на другое, а эту паузу нужно проплатить, но денег нет. Короче, сложноутроенная замкнутость. Надежда только на способности. Те, которые всегда вытаскивали. И на альернативные рынки театра, которые я в том числе создавал. Но лично у меня их пока нет столько, чтобы закрывать все потребности. Поэтому когда я говорю «уходить из театра», то имею ввиду уход из того, что принято под этим понимать, из институционального. Бля, смешно, что я собрался из него уходить, не зайдя в него даже толком.

Дополнительным сюжетом в этой полифонии противоречий разрослось нежелание оставить театр всем этим конформистам, чтобы они ещё 20 лет просто копили жирок и пиздели свои квази-любовные речи Искусству и его роли в социуме. Прямо вот хочется продолжать что-то делать, чтобы возникало равновесие, или ещё круче — заряд для сноса хтони в будущем. Есть ощущение, что некоторое условно-длинное время я ещё позанимаюсь танцами с институциями, но в 2022 нужно как-то радикально менять настрик и методы, потому что проблематизация ландшафта высасывает много сил, а мне пора подумать о сохранении себя. Надо беречь здоровье. Вот в этом состоянии тупости и слабости я и думаю над новыми методами, пытаясь для начала исключить из фантазирования старые. Конечно, весь этот объём чувств и состояний не замкнут на положении дел в профессиональной практике. Всё существует в едином взаимодествии. Есть политические переживания. Есть личные. Которые также вписаны во всё, что я тут сказал. И во всех остальных элементах я тоже ищу новые методы.

В эти часы прямо хочется слать нахуй. Типа «театралы идите нахуй, история вас ещё ёбнет шваброй по голове». Но при этом продолжаю думать об уже существующих проектах. Даже иногда мечтаю о новых сценических спектаклях, забываясь на минуту-две. Вот какой человек сложный. Существует в постоянной одновременности. В фейсбуке этого не видно, а в твитере и сторис инстаграма видно. У некоторых. Например, вчера и сегодня думаю про спектакль «Артём Томилов». Следующим постом напишу что и как я о нём думаю.