Последнее время интересовался публикациями, посвященными палеогенетическому анализу захоронений эпохи Великого переселения народов. Изучение этой проблемы находится в зачаточном состоянии, разные регионы Европы исследованы неравномерно, объем привлеченного материала весьма ограниченный, но определенные успехи в этой сфере все равно имеются. Правда, выводы, представленные в такого рода работах, порой довольно предсказуемые, поскольку интерпретации все равно зависят от свидетельств широко известных специалистам письменных источников. В этом посте я приведу краткий обзор исключительно тех статей, которые касаются, условно говоря, германских миграций. О гуннских и аварских кочевниках напишу отдельно позднее.

Очень важно оговориться, что принадлежность индивида к тому или иному сообществу определяется не столько биологическими признаками, сколько его социализацией и конкретными политическими обстоятельствами. Например, коренной обитатель той или иной балканской провинции Рима вполне мог влиться в состав варварского объединения. Равно как и иммигрант в теории имел возможность интегрироваться в местное сообщество и, более того, полностью там ассимилироваться. Тем не менее обнаружение в том или ином могильнике генетического материала, свойственного для каких-то других европейских регионов позднеантичного времени, подтверждает наличие миграций и существенно дополняет наши знания о Великом переселении народов.

Сначала возьму время, предшествующее той эпохе, а именно II–IV вв. на территории нынешней северной Польши. В указанный период там получила распространение вельбарская археологическая культура, чье возникновение связывается с миграциями готов из Южной Скандинавии. В частности, одна из статей подтверждает наличие таких переселений и подчеркивает, что на востоке Польши было заметно присутствие выходцев из Понтийско-Каспийских степей. В еще одной публикации делаются гораздо более интересные выводы: геномы мужских останков соответствуют южноскандинавскому типу, тогда как женские больше связаны с населением неолитической Центральной Европы. Вполне возможно, что готы вельбарской культуры были меньшинством, подчинившим автохтонов.

Представляет интерес статья с названием "A Genetic History of the Balkans from Roman Frontier to Slavic Migrations", затрагивающая исключительно Среднее Подунавье. Сделан вывод, что приток из Италии фиксируется в этом регионе слабо, несмотря на создание римских колоний, а также сильное военное присутствие империи. Зато обнаруживается заметный след выходцев из Малой Азии по меньшей мере до III в. н.э. Уже 250–550 гг. характеризуются возрастанием масштабов германских миграций, причем переселенцы, как показало изучение местных кладбищ, вполне интегрировались в местные сообщества. C началом VII в. приток из Северной и Центральной Европы в Среднее Подунавье резко сократился, тогда как из Восточной, наоборот, возрос. Как можно догадаться, это связано с появлением славян.

Приведу также работы, посвященные германоязычным лангобардам, пришедшим из Среднего Подунавья в Италию в 568 г. Первая из них лишь подтверждает, что такое переселение имело место. Зато другую, на мой взгляд, можно назвать самой интересной изо всех рассмотренных. Проанализированы в ней захоронения в венгерском Шоладе и итальянском Колленьо, организованные по принципу биологического родства и связанные между собой генетически. В Шоладе на протяжении короткого временного промежутка погребены представители трех поколений клана, чей привилегированный статус определяется богатством погребального инвентаря и диетой, насыщенной животным белком. Существование подобных кровнородственных групп лангобардов отмечено в письменных памятниках, где их называют термином фара. В Колленьо же клан проживал несколько десятилетий (см. отдельную статью об этом кладбище).