После таких слов никаких отговорок и оправданий своему бездействию быть не может:
...ἦν δὲ καὶ τὴν ὄψιν αἰσχρὸς καὶ γυμναζόμενος ἐγελᾶτο. εἰώθει δὲ λέγειν ἐπαίρων τὰς χεῖρας, “θάρρει, Κράτης, ὑπὲρ ὀφθαλμῶν καὶ τοῦ λοιποῦ σώματος· τούτους δ’ ὄψει τοὺς καταγελῶντας, ἤδη καὶ συνεσπασμένους ὑπὸ νόσου καί σε μακαρίζοντας, αὑτοὺς δὲ καταμεμφομένους ἐπὶ τῇ ἀργίᾳ (D. L. VI, 91–92).
«...Он был безобразен на вид, и когда делал упражнения, над ним смеялись. А он имел обыкновение, поднимая руки, говорить: „Дерзай, Кратет, ради глаз и всего остального тела! Ты увидишь этих насмешников уже скорченных болезнью, считающих тебя счастливчиком, а себя упрекающих за свою лень“».