Кажется, что дефиле философов в овчине (κώδιον) вместо обычного плаща было чем-то вроде провокации.  Не только Анаксагор, но и Сократ с Кратетом-двереоткрывателем испытывали на прочность чувство прекрасного у своих сограждан.
Анаксагор в жаркий день, кутаясь в овчину, ждал дождя. Сократ накидывал её вместо гиматия, который Ксантиппа, желая удержать мужа дома, прятала от него, — а он всё равно отправлялся на встречу с друзьями (они, правда, смущались и стыдливо отводили глаза, чем весьма веселили его).
Кратет вообще оторочил овчиной свой плащ-трибон, соорудив нечто вроде пальто с меховым воротником, и в таком нелепом виде являлся в гимнасий поболтать и позаниматься спортом.

Все трое своей экстравагантностью вызывали у сограждан недоумение, насмешки, а у самых впечатлительных — настоящий эстетический шок. Появиться в приличном месте среди приличных людей с атрибутом неотёсанного пастуха — что, казалось бы, могло быть безрассуднее?

Однако каждая акция имела свой смысл.
Анаксагор демонстрировал знание природы и умение применять его на практике.
Сократ — моральную силу и полное пренебрежение к ложному стыду.
Кратет — открытое презрение к любым условностям.

В конце концов, уверенному в себе и внутренне свободному человеку любой наряд к лицу. Так что поговорка «Встречают по одёжке, а провожают по уму» работает здесь во всех трех случаях