Квантовая дорожная карта США в цветах голубого гиганта

В пятницу, 18 сентября, Минэнерго США выпустило доклад о том, как к 2028 году получить первый научно полезный квантовый компьютер с коррекцией ошибок. Параллельно заместитель министра по науке Дарио Хиль опубликовал программную колонку, а министерство в тот же день объявило конкурс Quantum Genesis на $215 млн.

Дорожная карта в докладе следующая. С 2026 по 2028 год — конкурсы для команд из лабораторий, университетов и компаний. К 2028 году — 50–100+ логических кубитов и первые научные задачи, которые классические компьютеры не решают: катализаторы, сверхпроводящие материалы, материалы для термоядерной энергетики, ядерная физика. После 2030 года — национальный квантовый центр на 1–10 тысяч логических кубитов, встроенный в суперкомпьютеры и ИИ-инфраструктуру министерства.

Правда в конце есть раздел о разногласиях, где часть экспертов в самом деле ждет результата к 2028 году, а другие считают, что нужно «существенно больше времени». Спорят и о формате центра, и о том, что важнее сейчас — железо или приложения. Комитет честно пишет, что «намеренно не стал разрешать эти споры». Хотя если он в цели записал 2028 год — вроде бы как и стал... При этом конкурс платит только за 100+ логических кубитов, то есть по верхней границе оценок самого доклада. Из $215 млн в 2026 финансовом году реально выделено $2,5 млн, остальное зависит от Конгресса.

Впрочем, в каком-то смысле авторы доклада интереснее его самого. Хиль до госслужбы руководил IBM Research, в том числе квантовой программой. В той же в IBM Research 20 лет проработал заместитель председателя комитета Супратик Гуха, последние пять лет — директором по физическим наукам. В комитете есть представители Cleveland Clinic и RPI: у обоих стоят квантовые компьютеры IBM, и именно эти партнёрства доклад ставит в пример. Центр SQMS, которым руководит председатель комитета Анна Грасселлино, с 2024 года работает с IBM. Главное научное доказательство доклада — расчёт белка из 12 635 атомов, сделано на процессорах IBM, и его главный автор тоже соавтор доклада.

Справедливости ради: доклад прямо требует технологической нейтральности, ставит на одну доску ионы, нейтральные атомы, фотонику и спиновые кубиты. Комитет опросил Google, Quantinuum, IonQ, QuEra, PsiQuantum и других. Без этого документ выглядел бы просто неприлично. Но опросить компанию и писать текст — разные роли. Среди авторов нет никого, кто связан с ионными, атомными или фотонными компаниями.

А что такое IBM в контексте квантов? Это сверхпроводящая архитектура, по которой у авторов больше всего опыта. Квантовые машины, установленные прямо у заказчика, — модель, которую IBM уже отработала в Кливленде, в RPI и в RIKEN. И сама рамка «квантовые вычисления как часть суперкомпьютера»: IBM давно продвигает её под названием quantum-centric supercomputing.

Не забудем и про техдиректора AMD Марка Папермастера — он тоже в комитете и тоже бывший сотрудник IBM (26 лет). В 2025 году AMD и IBM объявили совместную разработку как раз гибридных квантово-классических систем. И ничего удивительного в том, что доклад настаивает: ближайшие годы будут за гибридными схемами, а квантовые машины надо интегрировать с суперкомпьютерами министерства. К слову, два самых мощных суперкомпьютера министерства, El Capitan и Frontier, построены на чипах AMD. Так что, каким бы квантовым ни был будущий центр, его классическая часть с большой вероятностью будет от AMD.

Напомним, что Минэнерго традиционно выступает первым крупным заказчиком новых вычислительных технологий: так было с суперкомпьютерами, когда государственный спрос помог выжить целой индустрии. У министерства 17 национальных лабораторий, пять квантовых центров и самые мощные суперкомпьютеры страны. Критерии, по которым оно будет выбирать железо для своего центра, во многом станут стандартом для всего рынка.

Поэтому так важно, в какие цвета окрашен его доклад. А окрашен он в цвета голубого гиганта.

Читайте «Неквантовать!» в Telegram и Максе!