Немного о равенстве и генетическом «стартап-капитале»

В прошлый понедельник делала с университетскими коллегами презентацию по экономике, и там были данные, которые могут быть интересны с точки зрения старения. Они касаются гипотезы Fetal Origins, связанной с работами Джеймса Хекмана, лауреата Нобелевской премии по экономике. Эта гипотеза утверждает, что условия внутриутробного развития могут оказывать долгосрочное влияние на здоровье и экономические показатели человека. Еще раз - для скептиков относительно психологии: это экономическое исследование, экономическая теория. С ее помощью Хекман и ко дали новые данные для корректировки социальных политик.

Мы, конечно, все играем в генетическую лотерею, но какие гены будут экспрессированы неизвестно, зато точно известно, что среда играет в этом огромную роль. Пока мы развивались в животе у мамы, где-то уже набегал процент, который мы впоследствии потеряем.

Исследования показали, что дети матерей, которые во время беременности испытывали серьёзный стресс (насилие, войны, террористические атаки), имеют не просто пониженные стартовые возможности, но и заметно проигрывают экономически во взрослой жизни. Причём проигрывают не чуть-чуть, а целыми процентами от заработка и пенсии. Особенно мне зашло ретроспективное исследование про влияние опыта матерей, переживших нацистские рейды в Италии в 1943 году на то, кто и кем стал (в основном - частая безработица и мануальный труд) и сколько зарабатывал в течение жизни до пенсии (меньше на 5%, чем контрольная группа). То есть наша старость в каком-то смысле запрограммирована ещё до рождения, в зависимости от того, как мама перенесла эти 9 месяцев ожидания.

И тут мы можем думать про трансгенерационную передачу травмы. Психотерапевтов это совсем не удивит — в клинической практике любого психоаналитического или другого глубинного направления давно известно, что травмы передаются через поколения и оставляют глубокие следы в психике и нейрофизиологии. Но люди «снаружи» психотерапии чаще всего смотрят поверхностно и частно спрашивают: «Зачем длительная психотерапия? Зачем копаться в прошлом? А почему не за 2-3 сессии?»

Ответ мог бы быть таким.

Даже менее серьёзный стресс, вроде потери работы матери во время беременности, лишает ребёнка примерно 5% его будущего дохода во взрослой жизни по сравнению с детьми, чьи матери не испытывали такого стресса (особенно сильно эффект проявляется к 60 годам). А если говорить о травме насилия или потери близкого человека (это уже шведские исследования), или о голоде и недостатке питания (американские исследования), то цифры и последствия гораздо серьёзнее.

Более того, никто заранее не знает, сможет ли человек преодолеть этот «gap», этот врождённый разрыв. В благополучной среде есть шанс его компенсировать. Но исследования в области Health Economics ясно показывают: чем позже мы пытаемся устранить эти последствия, тем дороже они обходятся и семье, и экономике (но чаще всё же семье, вы знаете, как это устроено с субсидиями и социальной помощью).

Особенно критичен в этом плане первый триместр беременности — именно тогда стресс серьёзнее всего снижает вес при рождении, повышает риск преждевременных родов и младенческой смертности, а затем усиливает когнитивные и ментальные сложности в подростковом и взрослом возрасте. Со временем разрыв только растёт, ведь восстановление требует инвестиций, которые не каждый способен себе позволить.