Отношение к возрасту изменилось.
Когда-то я начала описывать этот процесс на примере диапазона.

Лет 15 лет назад, когда я только познакомилась с темой помощи пожилым людям, нарратив о возрасте был в очень узком диапазоне.

В благополучном варианте это было то, что можно было описывать словами: в “45 – баба ягодка опять” и “старость – седина в бороду, бес в ребро”. Бравада. Ирония. Учитывая наши реалии, на другом конце диапазона располагалось отчаянное “умру один в доме престарелых”. Иногда, очень иногда, появлялся разговор о “бабушках в платочках” - таком варианте “традиционной”, скорее деревенской старости в деревянном доме с покосившимся крыльцом.

Тогда только начиналась системная благотворительность, Фонда «Старость в радость» не существовало. Была группа волонтеров, привозивших подарки и песни бабушкам и дедушкам в регионах. Собирать помощь можно было, показывая трагическое состояние подопечных, по сути пугая аудиторию и обращаясь не к достоинству, а к жалости.

С развитием третьего сектора и этики внутри систем помощи, постепенно стало понятно, что без ужасов демонстрации можно обойтись. Через несколько лет благодаря фондам и энтузиастам отрасли появились проекты долговременной помощи на дому, сборы на долговременный уход, нянечек, “культ.оргов” - старость стала чуточку ближе к нам, хотя не перестала пугать.

Плюс, конечно, бум общения в соцсетях дал доступ к обсуждению этой темы. Так мы узнали, что где-то в других концах вселенной, люди в их 50-60-70-80 гуляют, путешествуют, забираются на Эверест, танцуют пол-данс, заводят молодых любовников, открывают бизнесы, становятся знаменитыми на пенсии. Цифра в паспорте неважна! Старости, если хорошо подумать, не существует. Появились фестивали. Старость становилась то “серебряным”, то “золотым”, то “третьим”, то “возрастом счастья”. И бегунок на диапазоне разогнался в сторону всемогущества и зависти.

Потом мы все увидели, до чего дошла техника, в том числе хирургическая. Все научились пользоваться pubmed и заинтересовались биохакингом. Фантазия о том, что к старости ты должен быть успешен, красив, физически вынослив, все успевать и не думать о смерти, оказалась такой заманчивой, что до сих пор мы видим как эта идея полыхает в разных концах земли. Бегунок на максимуме был еще год назад, по моим наблюдениям.

За последний год нарратив о возрасте стал стремительно обогащаться более взвешенными идеями о благополучии в возрасте без ухода в манию и без накачки нарциссического: о том, как лучше заботиться о теле и психике, чтобы чувствовать себя лучше и успевать важное. Все чаще стало слышно «хочу хорошо себя чувствовать, потому что хочу дольше быть с моими детьми и внуками, сделать то, что давно хотел, но не мог, как это сделать?”.

Появилось любопытство и намеки на принятие реальности, но пока это только намеки. У меня большая выборка, и я вижу, как мы из этого любопытства и принятия фактов реальности качаемся между иронией = высмеиванием стареющих себя (и как много за этим стыда и страха) и снисходительностью, когда человек пожил и все знает (и сколько за этим стоит гордыни и зависти остается только догадываться) или то, что в англоязычном мире называется I don’t give a f*ck anymore(что-то вроде “меня не колышет, что вы там обо мне думаете, все суета сует, теперь я - главный человек в своей жизни). И поэтому мы переживаем расцвет блогов о женщинах 40+ 50+. Блогов о веселых старушках. Блогов врачей из сферы longetivity. Почти все стали знать, что такое андропауза и перименопауза. Умрем очень информированными, это несколько утешает ))

Другими словами, диапазон расширился, оброс нюансами. И продолжает меняться. Между его крайними значениями «Wow-старость» (= «Нет никакой старости») и "Умру одиноким и больным" довольно много засечек.

Однако внутри этого диапазона все еще нет достаточно места болезням, дряхлости, потерям, сложным переживаниям вины, стыда, гнева, отчаяния и зависти, сопровождающим старение. Мне кажется, роль моего проекта в этом. Собирать более сложные нарративы – говорить о старении без спекуляции и драмы, не исключая ни один из аспектов.